You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

Girl in Vogue: Альбина Вахитова

Молодая и прекрасная героиня Vogue рассказала о детстве с красной икрой в Хабаровске, любимых местах в Париже и работе с людьми с синдромом Дауна

Girl in Vogue: Альбина Вахитова

На Альбине: пальто Balenciaga (ЦУМ)

Представляем вашему вниманию новую героиню Vogue — очаровательную, юную, бойкую, вдохновляющую и талантливую. Наш друг и модный вдохновитель Наталия Туровникова поговорила с танцовщицей Альбиной Вахитововй, которая живет на три города: Москву, Хабаровск и Париж, и узнала у нее, каково это — посвятить себя искусству танца, что такое хабаровская зимняя красота и что для нее значит работа с детьми с синдромом Дауна. И конечно, не забыли по ходу дела спросить про моду.

Пальто Balenciaga (ЦУМ)
Пальто Balenciaga (ЦУМ)

Твое первое ощущение, воспоминание, вспышка красоты? Что это было: музыка, лицо мамы, танец?

Это была вспышка красоты. Мои бабушка и дедушка жили в Охотске, это поселок на берегу Охотского моря. Вот это грандиозное зрелище. До сих пор сидит в голове. Может быть, у всех так с детскими воспоминаниями, они кажутся значительнее. Зимой море — это огромная глыба льда. Толстые сколотые пласты льда друг на друге. Ледоколы ходили. Порт был действующий, рядом завод, где солили икру. На заброшенной пилораме, где мы тусовались, кто-то оставил сумку с красной икрой: наверное, браконьеры скинули. Она лежала прям посреди узкой галечной тропинки, кишела червяками, а мы перепрыгивали через нее. Мне было лет шесть. Вокруг заброшенные суда, проржавевшие. Речка в глуши тайги. Смотрели с дедом, как рыба на нерест идет. Вернусь туда когда-нибудь. До Хабаровска добралась спустя девять лет после переезда.

Норковая шуба Simonetta Ravizza (ЦУМ)
Норковая шуба Simonetta Ravizza (ЦУМ)
Плащ Dorothee Schumacher (ЦУМ)
Плащ Dorothee Schumacher (ЦУМ)

Почему ты выбрала делом жизни танец? Почему именно современный танец?

Нельзя просто сказать, что я выбрала танец. Скорее наоборот. Концерты с детства устраиваю — вот и нашли этому применение. Я начинала со стрит-данса. Меня тогда впечатлило, что в уличных танцах можно импровизировать, а не только исполнять синхронные эстрадные движения. Хотя «кукарелу» в охотском ДК тоже проходили. Современный танец — это отдельный пункт. Практикую уже лет пять. Сначала брала классы в Москве у приезжавших европейцев, а потом два-три года подряд ездила в Бельгию, Голландию, Германию, Францию, училась там. Могла за полтора месяца пройти три курса в разных странах у разных мастеров, ездила на Flixbus, жила у друзей своих друзей. Для меня современный танец — это актуальный танец. Во всем мире contemporary dance далеко шагнул за пределы банальной изобразительности и эффекта «вау». Современные танцы больше говорят о качестве движения, отношении тела с окружающей действительностью. Я сейчас говорю не абстрактно, это довольно конкретные вещи. Когда двигаешься с незнакомым танцором, становится очевидно, «слышите» вы друг друга или нет. Другими словами, движение становится оправданно. О танцах могу говорить бесконечно, но что действительно важно — практика всегда помогала мне отдавать энергию. В танце нет «потом, завтра», в танце все по факту.

Пальто Isabel Marant (ЦУМ)
Пальто Isabel Marant (ЦУМ)

Что для тебя мода и существует ли она вообще в твоем мире?

Мода существует, конечно. Мода — это один из видов искусства, который по-прежнему классно ощущает себя в современном обществе. Мода имеет достаточно спроса и ресурсов, чтобы существовать свободно. Она интернациональна, и в ней важен контекст.

Бомбер Golden Goose Deluxe Brand (ЦУМ)
Бомбер Golden Goose Deluxe Brand (ЦУМ)

Какие твои личные места силы в Хабаровске, Москве и Париже?

Хабаровск, Москва и Париж — это три кита, на которых строится весь мой мир. Огромным счастьем было родиться и вырасти в Хабаровске. Соотношение многих факторов, а главным образом масштаба города и среднестатистического безделья, дали возможность погрузиться в практику, поверить в то, что невозможное возможно, и даже в какой-то степени преуспеть. Место силы — набережная, утес. Раньше думала, что противоположный берег Амура — это Китай, много фантазировала на эту тему.

Москва — это город иллюзорных возможностей. Абсолютная противоположность Хабаровску. Без четко определенного вектора жить здесь просто невозможно. Моя работа всегда связана с движением, только роли меняются: исполнитель, постановщик, преподаватель. Место силы не определено. Тут все полностью зависит от компании людей и «общего интереса», который вас объединяет и преображает любое пространство, будь то «Макдональдс», вагон метро, «Симачев» или театр.

Первая поездка в Париж — в 2010 году: музей Помпиду, сад Тюильри, Оранжери, музей д'Орсе, фестиваль уличного танца Juste Debout. В Париже я впервые попала в музей изобразительного искусства, до этого момента была только в Хабаровском краеведческом. Естественно, меня сильно впечатлило. Танцуя в России, всегда ощущала себя слегка аутсайдером или представителем какой-то узкой субкультуры, а тут было иначе. В Париже культура поддерживается и развивается, является главным достоянием. Это город, в котором историчность и современность сосуществуют максимально гармонично. Там нет деления на откровенную пошлую коммерцию и искусство. Место силы — Le 104, огромный художественный центр, похожий на ангар, где помимо посещения мероприятий, выставок и перформансов любой может свободно практиковаться в открытом пространстве центра. Там всегда много танцоров, циркачей, театралов. Так можно увидеть все и сразу.

Пальто с пайетками No. 21 (ЦУМ); шарф — собственность фотографа
Пальто с пайетками No. 21 (ЦУМ); шарф — собственность фотографа

Ты работаешь с ребятами с синдромом Дауна, ставишь с ними спектакль. Расскажи про этот мир.

Я работаю в театре «Взаимодействие» уже три года. Это детище моей хорошей подруги, танцовщицы балета Моисеева — Риты Ребецкой. Вначале Рита позвала меня присоединиться к коллективу в качестве исполнителя в видеопроекте, а потом был спектакль. Ребята с синдромом Дауна для меня это отдельный мир, существующий вне стесняющего социального облака. Они всегда честны в своих действиях. Им сложно фокусировать внимание и держать в уме несколько вещей одновременно, но для меня это только плюс. Когда я занимаюсь с ними движениями, они гораздо дальше заходят в пластике, ориентируясь на свои ощущения. У них низкий болевой порог, нервная система работает иначе, они зачастую очень пластичны в принципе. Поэтому в целом для меня работа с ними — сплошное удовольствие, процесс полный и открытый. В феврале состоится премьера работы, в которой мне доверили чуть больше — предстоит полностью поставить спектакль. Сейчас мы пишем сценарий и делаем пробы. Весь материал будет достаточно документальный, мы много работаем с личной историей каждого из артистов. Цель проста — развеять стереотипы, сложившиеся в отношении людей с этим диагнозом. На самом деле они невероятно светлые люди, а принятие другого — самый верный путь к принятию себя.

Меховое пальто Inès & Maréchal (ЦУМ); шапка Isabel Marant (ЦУМ)
Меховое пальто Inès & Maréchal (ЦУМ); шапка Isabel Marant (ЦУМ)
комментарии