© Автор иллюстрации: Аня Десницкая

Мода

Как модное трикотажное платье может стать судьбоносным

Настя Лыкова знает: трикотажное платье способно изменить жизнь. И объясняет, зачем наряжаться, когда меньше всего хочется думать о нарядах

«Мне было 25 лет. Тем летом я носила белое обтягивающее длинное платье из тонкого трикотажа. Выходила на улицу — и машины притормаживали. Даже мелкие ДТП случались!» — рассказывала моя знакомая Ульяна.

Жила тогда Ульяна на Камчатке, и как-то в июле ее дефиле по тротуару в платье увидел директор местного рыбного завода — взрослый и очень уважаемый в регионе человек. К тому же, как выяснится позже, с отличным чувством юмора и красивыми пальцами. Увидел — и пропал. Бросил поперек дороги машину, создав угрозу уже крупного ДТП, несолидно побежал за Ульяной по улице, махал руками, декламировал ей вслед стихи Шпаликова и скупил в цветочном ларьке по пути все имевшиеся в ассортименте розы. 

Некоторое время спустя Ульяна родила впечатлительному директору здорового и веселого сына Никиту, а еще спустя некоторое время, устав ждать, когда директор разберется со всей жизнью, что успела у него сложиться до Ульяны, уехала с сыном в Москву. Стала печь на заказ пироги, открыла маленькое кафе, отдала умницу Никиту в физматлицей. Ну а директор рыбозавода очень тосковал по ним у себя на Камчатке, часто присылал Ульяне трогательные нескладные песни собственного сочинения и красную икру специального посола трехлитровыми банками — и знаете, никогда в жизни я не пробовала такой вкусной икры. В песнях же директор на манер Сергея Никитина среди прочего вспоминал, как «белое тонкое платье сводило с ума». Ульяна то смеялась, то плакала, когда это слушала, но решения своего не меняла.

И вот этим летом тонкий трикотаж — материал, способный, как мы знаем, провоцировать сильные чувства и даже ­иногда менять судьбы, — решительно ­возвращается на самое острие моды.

Jacquemus предлагают ­сочетать ­тонкую трикотажную голубую маечку с объемным пиджаком, отчего шея и ключицы будут выглядеть еще более хрупкими и беззащитными. Изабель Маран советует носить трикотажный топ цвета фуксии, отделанный кружевами, с серьгами-­кольцами и тоненьким шарфом на шею — уж не знаю, что вообще может быть женственнее. 

Prada ­рекомендуют целомудренно заправлять тонкую серую трикотажную кофточку с отложным воротничком в длинную юбку, но при этом не надевать под кофточку белья — что, на мой взгляд, все-таки совсем уж подиумный вариант; а Alberta Ferretti сочетают не менее целомудренную трикотажную кофточку, только бежевую, с дерзким мини — и этот контраст выглядит очень эффектно. У Сhloé в арсенале — серое трикотажное струящееся платье-­комбинация до щиколоток, а у Altuzarra — светлое облегающее платье с разрезом до середины бедра — тот самый, Ульянин, совершенно неотразимый фасон. Если решитесь на такое, пожалуйста, будьте готовы: возможны стихи и розы!

Сhloé весна-лето 2020

© Photo: Alessandro Lucioni / Gorunway.com

Altuzarra весна-лето 2020

© Photo: Daniele Oberrauch / Gorunway.com

Меж тем этот текст я пишу в апреле, когда на фабриках Prada отшивают не соблазнительные маечки, а медицинские комбинезоны и маски, LVMH производят не духи, а антисептики, а конгломерат Kering, Ральф Лорен, Стефано Габбана и Доменико Дольче делают пожертвования на борьбу с вирусом. Пишу и очень надеюсь, что в июне, когда вы будете читать этот материал, все самое страшное уже останется позади, в Москве откроются летние террасы и театры, музеи и салоны красоты и всем нам будет куда и зачем одеваться. А пока я одну за другой примеряю свои летние трикотажные маечки и дефилирую в коридоре собственной квартиры.

«Зачем ты наряжаешься, мама, мы же никуда не идем?» — спрашивают меня сыновья.

«Наряды поднимают мне настроение, и наряжаюсь я просто потому, что надеюсь на лучшее», — отвечаю детям.

И, пользуясь случаем, хочу попросить и вас: как бы там ни было, давайте, пожалуйста, будем наряжаться вместе. И вместе надеяться на лучшее.

Читайте также

Новости

Габриэла Херст — новый креативный директор Chloé