You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

Новая жизнь Дома Chloé

Наташа Рамсей-Леви уверенно смотрит в модное будущее

Новая жизнь Дома Chloé

На Наташе: бархатный костюм, позолоченное колье и кольцо, все Chloé

В отличие от большинства старых парижских Домов, история Chloé складывалась неизменно логично и спокойно, без бурь, драм и потрясений, столь привычных на французской модной сцене. Похоже, основательница Дома Габи Агьон, выросшая в Александрии состоятельная и весьма образованная девица, точно знала, чего хотела, и ясно представляла, как этого добиться. А хотела она красиво одеваться, что в послевоенном Париже оказалось трудно осуществимым. Двадцатипятилетней беззаботной красавице кутюрные наряды, которые она вполне могла себе позволить, показались слишком взрослыми, а готовая одежда — слишком убогой. И тогда она просто купила несколько метров хлопчатобумажного поплина, сшила из него шесть платьев-образцов и пошла с ними по бутикам. Эта мини-коллекция разошлась за несколько дней, и тогда она наняла портных из лучших парижских Домов, а затем и дизайнеров. Вся ее затея была противоположностью пафосному французскому кутюру — одежда для молодых, активных, легких на подъем женщин, не скованных буржуазными предрассудками и старомодными представлениями.

Дизайнерами Chloé в разное время были немец Карл Лагерфельд и француженка Мартин Ситбон, англичанки Фиби ­Фило и Клэр Уэйт Келлер, но все они делали французскую по духу одежду, в которой классическая элегантность сочетается с небрежностью, а дорогие материалы и качество исполнения компенсируются легкостью отношения к ним. 

Новая жизнь Дома Chloé

Кожаные жилет и ботильоны, шелковый комбинезон, серьги и браслет; хлопковые джемпер и брюки, кожаные сапоги, серьга из металла и смолы, позолоченное колье и кольцо, все Chloé


Последние шесть лет под руководством Клэр Уэйт Келлер тоже прошли без потря­сений. Chloé оставалась всеми любимой и с удовольствием многими носимой маркой. Поэтому нового назначения, собственно, никто и не ждал. А когда узнали, что на смену англичанке придет француженка Наташа Рамсей-Леви, пятнадцать лет проработавшая бок о бок с Николя Жескьером в Balenciaga и Louis Vuitton, несколько удивились. Закрепившийся за ней образ парижской интеллектуалки не у всех ассоциировался с легкой, непринужденной и не обремененной излишними подтекстами одеждой Chloé. Первая коллекция, однако, выглядела убедительно и была принята благосклонно. Точно так же и в личной беседе с Наташей Рамсей-Леви я ждала заумных рассуждений, концептуальных построений и непонятных слов, а вместо этого провела сорок минут за приятнейшим разговором обо всем, что меня интересовало: от непосредственно Chloé до французского стиля вообще.

Оказалось, что Наташа Рамсей-Леви ничего не приукрашивает, ­ничего не идеализирует и ничего из себя не строит. На вопрос, где и когда впервые увидела Chloé, отвечает неожиданно: «В восьмичасовых новостях. Я всегда смотрела их вместе с родителями. В нашей семье так было заведено. Ну а репортажи с Недель моды были так же обязательны, как и новости о фильмах, выставках, книгах. Так что имя Chloé, как и Chanel и Dior, всегда было для меня неотъемлемой частью французской культуры».

ЦЕННОСТИ CHLOÉ ОЧЕВИДНЫ: ЭТО КРАСИВАЯ ОДЕЖДА, КОТОРАЯ НЕ ЗАСЛОНЯЕТ СОБОЙ ЖЕНЩИНУ 

Такой же ее частью являются, конечно, и Balenciaga, и Louis Vuitton, где она рядом с Жескьером провела пятнадцать лет, по сути, всю свою профессиональную жизнь. «С ним никогда не было скучно! Но приглашение в Chloé пришло в тот момент, когда я чувствовала, что готова. В Balenciaga я занималась практически всем — аксессуарами, обувью, лукбуками, шоу. Я разобралась, как все это работает. Потом добавился опыт Louis Vuitton — глобального Дома, превращающего каждый показ в настоящий спектакль. В общем, я была готова и творчески, и организационно. Я понимала структуру Дома, команды, как создается не только одежда, но и все, что ее окружает. Повзрослела достаточно, чтобы сформировать точку зрения, которая несколько отличалась от взглядов Николя. Я готова была поделиться своими взглядами с миром. А Chloé как раз та марка, чья идея мне абсолютно ясна и близка».

«Вы не должны быть профессиона­лом, чтобы понимать Chloé, — продолжает Наташа. — Вот, на­пример, Comme des Garçons — я сама обожаю эту марку и много ее ношу, но она требует некоторой интеллектуальной работы, нужны дополнительные размышления. А с Chloé все очевидно. Это красивая одежда, которая не заслоняет собой женщину. Мне нравится, что это марка, которая не совершала и не планирует совершать ни революций, ни каких-то драматических изменений в моде. В мои планы это тоже никогда не входило». Потому что продолжать традиции интереснее? «О да, именно в архивах мои фантазии встречались с реальностью. Этот Дом сменил немало арт-директоров, но для меня, как, наверное, и для большинства, он ассоциируется с 1970-ми и французским кино. С любимой актрисой Клода Шаброля Стефан Одран в этих шелковых блузках, которые лишь кажутся буржуазными, но при этом скрывают в себе некоторый разврат. Очень по-французски! Когда я спустилась в архив, я уже имела некие представления о том, что там увижу. В итоге эти представления о разнообразии Chloé мне захотелось воплотить в первой собственной коллекции».

Новая жизнь Дома Chloé

Платье из шелка и хлопка с заклепками, кожаные сапоги, позолоченное колье; топ и юбка из шелка и хлопка с заклепками, кожаная сумка, туфли из кожи и парусины, металлическая серьга и браслет, все Chloé

Наташа начала с викторианских платьев, которые для всех нас являются воплощением духа марки, затем пришел черед муслина со вставками из кружева и плиссе, и это тоже сто процентов Chloé; брюки для верховой езды, романтизм, спортивный шик и костюмы, про которые почему-то никто не вспоминает в связи с этим Домом, это тоже безусловная часть его наследия. Просто совсем другой костюм, не похожий, скажем, на Chanel. И конечно, брюки клеш! Суть Chloé — одежда, которая, будучи хорошо знакомой, оказывается абсолютно современной. Очень французская идея опять же.

Удивительно, что Габи Агьон, до двадцати трех лет жившая за рубежом, так точно уловила французский взгляд на вещи. Наташа улыбается: «Она же все-таки была француженкой, хоть ее семья и жила в Египте. Французским у нее был не только паспорт, но и образование, воспитание, та самая культура. О ней мало известно, потому что она никогда не стремилась к публичности. При этом была смелой, умной и очень современной женщиной. Например, она прекрасно понимала, что не дизайнер, так что просто выбирала эскизы профессионалов!» Но какой стиль сформировала Габи Агьон: французский или именно парижский? Здесь Наташа однозначна: «Я предпочитаю говорить не о парижском, а именно о французском в целом. Это манера брать знакомый предмет и перемещать его в другой контекст, для него непривычный. Потому французов всегда смешит манера английской королевы одеваться. У француженки никогда не возникнет мысль одеться с головы до ног в один цвет. Если бы во Франции, не дай бог, была королева, она никогда бы не оделась в голубое полностью. Она бы добавила черного или коричневого. У французов всегда есть стремление сломать шаблон. Вспомните хотя бы революцию!» 

У ФРАНЦУЖЕНКИ НИКОГДА НЕ ВОЗНИКНЕТ МЫСЛИ ОДЕТЬСЯ С ГОЛОВЫ ДО НОГ В ОДИН ЦВЕТ. ПОЭТОМУ НАС И СМЕШИТ СТИЛЬ АНГЛИЙСКОЙ КОРОЛЕВЫ

Может быть, следующий шаг в борьбе с шаблоном — создать собственный бренд? «Мне это совершенно не нужно. Чтобы выходить за рамки, нужно для начала в них оказаться. Я привыкла работать в двойных рамках — в границах Николя и Balenciaga, или Louis Vuitton и Николя. Так что рамки Chloé для меня совсем не стеснительны. В моде я люблю все — все ­культуры, все эпохи, все цвета. А наличие рамок позволяет сделать выбор. Например, я понимаю, что в Chloé искусственная кожа или пластик не будут соседствовать с платьем из шелкового муслина. На эти рамки я, как дизайнер, опираюсь». Наверное, для девочки, которая мечтала стать историком, естественно также опираться на прошлое? «Я работаю в Доме, который существует много десятков лет, у которого есть своя история, и моя роль в том, ­чтобы послужить этой истории и перенести ее в современность. Я ­уверена, что, создавая одежду сегодня, мы используем весь опыт человечества в этой сфере. И наша задача — дать старым идеям новую жизнь, ­сделать их современными. Мне неинтересно делать футуристические вещи на 3D-принтере, но и чистое ретро я тоже не понимаю, ведь можно просто отправиться на блошиный рынок! А вот именно этот сплав истории и современности мне по-настоящему интересен».

Новая жизнь Дома Chloé

Шелковое платье с люрексом и блестками, кожаные сумка и сапоги, серьга из металла и смолы; шелковые топ и шорты, расшитые блестками, сапоги из кожи змеи, металлические серьга и браслет, все Chloé

комментарии