© Робер Мерсье

мода

Знакомьтесь, Робер Мерсье — автор того самого кожаного платья Зендеи и еще множества знаковых вещей Balmain и Schiaparelli

Интервью с мастером, который привык оставаться за кадром

Когда на красной дорожке появляется знаменитость в безупречном платье, все лавры делят пополам креативный директор бренда и стилист звезды. Имена людей, которые над этим платьем непосредственно работали, как правило не озвучиваются. О них просто не принято говорить — они получают свой гонорар от работы на марку и остаются в тени более значительных фигур. Сегодня Vogue рассказывает об одном из таких мастеров, который две недели лепил складки на роскошном кожаном платье Зендеи с венецианской премьеры фильма «Дюна».

Его зовут Робер Мерсье, ему 44 года. Работать с кожей он научился еще в 1990-х в профессиональном лицее французского города Исуден, где родился и вырос. После учебы проходил военную службу во Французской республиканской гвардии, а в 1999 году начал строить карьеру в модной индустрии. Мы поговорили с Робером о том, сложно ли это — работать с кожей, а еще о роли инстаграма в жизни дизайнера, сотрудничестве с Бьорк и грядущей выставке Мерсье, посвященной Альфреду Хичкоку.

Зендея в платье Balmain на Венецианском кинофестиваля, сентябрь 2021

© Фото: Getty Images

Робер, почему кожа?

В молодости я хотел быть плотником и занимался резьбой по дереву. Но поскольку я плохо учился в школе, родители перевели меня в лицей — хотели, чтобы я стал ремесленником. В этом лицее работу с деревом не преподавали, и я решил попробовать силы в работе с кожей, потому что этим занимался мой друг. Кожа сразу мне понравилась. Учился четыре года, а после — еще 22 года с ней работал. И продолжаю по сей день.

Во Франции много таких мастеров, как вы?

Не думаю. По крайней мере, здесь точно не много людей, которые работают с кожей с художественным подходом. На данный момент я единственный мастер в стране, который владеет техникой плиссированной лепки. И я очень любопытный человек, поэтому регулярно пробую что-то новое.

Судя по вашему инстаграму, вы активнее всего работаете с Balmain. Но там же можно найти корсет Schiaparelli, который вы делали специально для Ким Кардашьян. Правильно ли я понимаю, что вы не связаны контрактом ни с одним модным Домом?

Все верно. Я никогда ни с кем не подписывал никаких контрактов. Работа строится исключительно на доверительной основе. Я сотрудничал и со многими другими крупными марками — например, с Louis Vuitton (год принимал частные заказы), с Hermès (пять лет трудился в мастерской экзотической кожи), с Celine (в дизайн-отделе).

А еще у вас есть собственный бренд Gienah. Что значит название?

Это скорее не бренд, а компания по разработке и производству высококачественных кожаных изделий. Она существует уже 13 лет. В ней я также реставрирую старые предметы из кожи, например сумки. Гиена — это название звезды, которая принадлежит созвездию Ворона и находится на кончике крыла. Моя компания также сотрудничала с большим количеством марок: Acne Studios, Iris Noble, Cartier, Hennessy, Moynat, Baccarat, Lanvin, Byredo, Jean Paul Gaultier и многими другими. Разработка кожаных изделий — мой основной бизнес. Чаще всего заказчик просто объясняет мне, что он хочет, стилист предлагает рисунок, а я изготавливаю продукт. А затем мало-помалу начинаю предлагать собственные идеи. Заказчикам это нравится, и они постепенно дают мне все больше и больше свободы в творчестве.

Почему вы продолжаете ремонтировать старые изделия, если вполне можете постоянно создавать что-то новое?

Ремонт важен. Он позволяет дать предмету новую жизнь, а мастеру — вспомнить старые техники. Я не со всеми работаю и часто отклоняю запросы даже от крупных компаний. Я должен быть уверен в людях, с которыми сотрудничаю, потому что чем лучше отношения, тем лучше объект.

Работы Робера Мерсье для Balmain, коллекции осень-зима 2020, haute couture весна-лето 2019

Как вы познакомились с креативным директором Balmain Оливье Рустеном?

Balmain нашли меня благодаря бюстье, которое я десять лет назад сшил для Жан-Поля Готье. Позже я познакомился с Оливье на примерках и подарил ему маленькую кожаную коробку с миниатюрами бюстье. Он понял, на что я технически способен, и был поражен.

Schiaparelli тоже сами на вас вышли?

Да. Они связались со мной через инстаграм, когда увидели мои работы для Balmain. Когда они спросили меня, что я могу для них сделать, я предложил формованные тела и части тела из кожи, но технику плиссировки я сохранил для Balmain.

Как считаете, инстаграм — важный инструмент для мастера сегодня? Вы ведь совсем непубличный человек.

Мастера моды — люди, которые живут в тени. О нас никто никогда не говорит. Я считаю, что инстаграм очень важен — особенно в сфере искусства и моды. Это витрина для всего мира, и компании часто связываются с нами именно таким образом. Когда я встречаюсь с людьми по работе, они первым делом просят меня открыть мою страницу в инстаграме, чтобы быстро посмотреть мои работы. К тому же именно в инстаграме я находил и вдохновлялся огромным количеством самых разных вещей. Но вообще некоторые бренды никогда не называют наши имена. Мы тратим так много времени и отдаем столько энергии, что они могли бы быть хотя бы чуть более благодарными.

Платье Зендеи на Венецианском кинофестивале — самый обсуждаемый выход последних дней. Сколько времени на него ушло?

Две недели. О том, что мне надо будет создать платье Зендеи, мне рассказали в июне. В июле я сделал первую кожаную лепку на стандартном манекене, адаптированном к размеру актрисы. Я отправил ей базу на примерку, а Зендея сказала, что ей нужен не стандартный размер, а платье, идентичное ее телу. Поэтому нам пришлось изготовить нестандартный корпус, на что уходит больше времени. В начале августа я чуть раньше вернулся из отпуска, чтобы поработать над платьем. А команда Зендеи тем временем отлила ее тело из гипса.

Процесс создания платья Зендеи для Венецианского кинофестиваля

Как строилась работа дальше?

На первом этапе я вылепил тело из смолы, используя указанные размеры и гипсовую форму. Вся основа всегда формируется вручную. Затем фигура была окрашена, чтобы стать максимально гладкой. Далее я погрузил воловью кожу в воду, чтобы она стала мягкой и повторила необходимый силуэт. Эта кожа была обработана с использованием коры дуба, чтобы при контакте с телом не возникло аллергии. К тому же такая кожа обладает памятью формы. Я наложил гипс на манекен и вырезал отверстия для рук и шеи, после чего покрыл сверху очень мягкой кожей ягненка. А потом начал создавать складки, одну за другой. Платье Зендеи было начато с самых близких к телу частей, чтобы создать иллюзию, что складки образуются естественным путем.

Процесс создания платья Зендеи для Венецианского кинофестиваля

Вы также создавали сценические костюмы для Бьорк. Певица принимала участие в процессе?

Я огромный фанат Бьорк! Очень часто слушаю ее песни, когда работаю. Именно под ее музыку у меня устанавливается особая связь с материалом. Когда узнал, что она заметила платье с рукавами-шарами и юбку-купол на кутюрном показе Balmain и хочет, чтобы я сделал такие же для нее, я был вне себя от счастья, просто обезумел! Работать с ней было очень приятно. Правда, нам пришлось разработать дополнительное отверстие в правом рукаве, чтобы у Бьорк была возможность держать микрофон.

Бьорк в Balmain, май 2019

© Santiago Felipe

Что еще слушаете за работой?

Led Zeppelin. Но вдохновляет меня не только музыка. Я очарован работами Александра Маккуина, Фрэнсиса Бэкона, Пьера Сулажа и Жанин Жанет.

И еще я знаю, что вы большой фанат Альфреда Хичкока…

Да! Мои родители познакомили меня с Хичкоком очень рано. Это мой первый контакт с произведением искусства, который навсегда во мне застрял. Меня всегда поражали визуальная среда его фильмов и все его женщины. Я давно начал делать для личной коллекции предметы, вдохновленные его работами, такие как туалетный столик или кресло с противогазом. И мне давно хотелось показать их миру. Так родилась идея моей грядущей выставки, посвященной режиссеру.

Кейс Робера Мерсье, вдохновленный фильмом Альфреда Хичкока «Птицы»

Это ваша первая выставка. Чего от нее ждать?

Она пройдет в парижской галерее Joyce с 21 сентября по 2 октября. Я как-то встретился с ее директором Мари-Шанталь Дойоннар, и она спросила меня: «Робер, чем бы ты хотел заниматься в будущем?» Я рассказал ей о своем проекте, вдохновленном Хичкоком, и идея сразу ей понравилась. Мари придала мне смелости, которой мне очень не хватало. Я на время перестал работать с клиентами, чтобы полностью посвятить себя выставке. Пересматривая все дорогие сердцу фильмы, я решил, что хотел бы сделать для них реквизит — объекты, которые Хичкок мог бы заказать у меня, если бы снимал свои картины в 2021-м. Кстати, именно в инстаграме я связался с художницей Лаллой Морте, которая стала моделью для этого проекта. Я не ставил себе никаких технических или временных ограничений. А после того, как закончил, понял, что делал предметы только для женщин — чтобы защитить и сделать их сильнее в опасном мире фильмов Альфреда Хичкока.

Работы Робера Мерсье для выставки, посвященной Альфреду Хичкоку