Мода

Выше стропила, плотники: архитектура — новый модный тренд

Потеснив современное искусство, архитектура становится главным вдохновением моды. Чего ждать от стройки века?

Взаимоотношения архитектуры и моды всегда были близкими, порой романтическими, порой партнерскими, но никогда еще не были столь взаимовыгодными, как сегодня. С тех пор как архитектура и архитекторы вошли в моду, мода, в свою очередь, обратилась к архитектуре. Архитекторы стали мировыми звездами, их знает в лицо широкая публика, их постройки обсуждаются на страницах глянцевых журналов. А дизайнеры пытаются поддержать свои художественные идеи с помощью более практичной и надежной, чем платье, архитектурной мысли.

Тренд, как водится, задала Миучча Прада, несколько лет назад пригласив к сотрудничеству голландца Рема Колхаса. Сам по себе факт того, что архитектурная знаменитость такого масштаба из сезона в сезон создает сценографию к показам Prada и Miu Miu, с каждым разом все более и более архитектурно проработанную, стал сигналом всему модному сообществу.

И вот в прошлом году процесс приобрел лавинообразный характер. Весной 2015 года Dior выбрал для показа круизной коллекции сюрреалистическую постройку середины 1970-х годов — Дворец пузырей венгерского архитектора Антти Ловага. Здание, напоминающее исполинского осьминога или гигантский космический корабль, расположено на Лазурном Берегу, неподалеку от Канн, место явно не чужое для клиентов Dior. Модели ходили, словно вдоль внутренностей этого морского чудовища, на фоне обитых розоватым деревом стен и овальных окон-иллюминаторов, сквозь которые просматривалась серебристая поверхность моря. Интересно, что вилла много лет принадлежала Пьеру Кардену, начинавшему карьеру в Доме Кристиана Диора. Девяностодвухлетний дизайнер присутствовал на показе, что добавило мероприятию романтического флера.

Буквально в те же дни еще одно архитектурное имя, впрочем, более громкое, чем предыдущее, стало достоянием гласности благодаря другому гиганту моды. Марка Louis Vuitton для показа круизной коллекции выбрала особняк в Палм-Спрингс, построенный Джоном Лотнером для семьи Боба и Долорес Хоуп в духе все тех же 1970-х. Здание, похожее на гигантский утес, в котором прорублены пещеры и окна, выглядит частью ландшафта: идея весьма популярная в ту эпоху. Если учесть, что Калифорния была самой модной точкой на карте 1970-х, то нетрудно догадаться, что именно о них была и коллекция Николя Жескьера. Текучие линии, длинные юбки, кожаные платья, оборки и ремни, молнии и индейские мотивы, макияж в духе экспериментов Дэвида Боуи. Хозяева, знаменитая актерская чета, знали толк в эффектных представлениях и создали дом таким, чтобы он стал идеальной площадкой для вечеринок и природа была частью этих декораций. И то, что модели ходили по дорожкам вдоль бассейна, словно появляясь из скалы, выглядело голливудским спецэффектом.

Главная соперница Dior и Louis Vuitton, марка Chanel, наоборот, не стала углубляться в историю архитектуры. Лагерфельдом была выбрана современная постройка Захи Хадид — гигантское здание «Дондэмун Дизайн Плаза», расположенное в историческом центре Сеула. Интересно, что здание поначалу вызывало скорее осуждение, чем восхищение горожан. Его обвиняли в гигантомании и неконтекстуальности. И в самом деле, это индустриального вида объект, напоминающий огромное пятно расплавленного металла, покрытое сорока пятью тысячами металлических панелей разной кривизны. В ночное время сооружение подсвечивается светодиодными лампами и становится похожим на космический корабль. Шоу, как всегда, было сделано мастерски: яркие пятна круглых глянцевых табуретов всех цветов радуги и сама одежда в традиционных для национального костюма оттенках розового, оранжевого, зеленого и красного выглядели необычайно живописно на футуристическом белом фоне.

Подобное обживание новых пространств с помощью фэшн-показов входит в моду. Так, например, Донателла Версаче свою последнюю коллекцию перенесла в только что отстроенный в Милане небоскреб City Life авторства все той же Захи Хадид, а Кристофер Кейн — в построенный недавно в лондонском Сити небоскреб Sky Garden.

Этот последний, к слову, наделал много шума — его архитектора, Рафаэля Виньоли, обвиняли в ошибках при строительстве, в сходстве интерьеров с терминалами аэропорта. Однако здание постепенно становится одной из главных смотровых площадок города, и шоу Кристофера Кейна немало поспособствует его продвижению. И если коллекция Versace никак не соотносилась с архитектурным пейзажем вокруг нее, то англичанин идеально вписал ломаные линии одежды в геометрию модернистского здания.

Тем временем, подобно старшей коллеге Праде, Фиби Фило из Céline вступила в творческий союз с художником FOS (под этим псевдонимом скрывается датчанин Томас Поульсен). Именно он оформляет ее бутики, в том числе и недавно открывшийся в Третьяковском проезде, и он же выстраивает сценографию ее шоу. Для коллекции весна–лето 2016 FOS растянул вдоль подиума и над ним разноцветные полотнища, сделав некое подобие не то пляжных шатров, не то фотографических фонов. Получился контрапункт с неожиданно женственной и практически полностью черно-белой коллекцией.

Схожим постоянством отличается и Джонатан Андерсон. Коллекции для испанской марки Loewe он уже не первый сезон показывает в парижском здании ЮНЕСКО. И это снова архитектура 1970-х со свойственной ей асимметрией, извилистыми линиями, бесконечными открытыми террасами, противопоставлением контрастных фактур: стекло и бетон, металл и камень. И дизайнер в коллекции играет на таких же контрастах — матовое и блестящее, прозрачное и пушистое.

Многие из вышеописанных архитектурных излишеств доступны исключительно гигантам индустрии. Особенно это стало очевидно после реставрации Fendi знаменитого фонтана Треви, шедевра римской архитектуры XVIII века. А вслед за ним — Дворца итальянской цивилизации в Риме, здания, построенного по заказу Муссолини в 1943 году, про которое Карл Лагерфельд сказал, что оно будет служить ему вдохновением на ближайшие пятнадцать лет. Теперь там будет штаб-квартира Fendi. Ясно, что спасение исторических зданий Вечного города — долгосрочная стратегия римского Дома.

Если все это лишь маркетинг, то, стоит признать, весьма эффектный. Но это и часть новой нарождающейся реальности, в которой мода больше чем просто одежда. Она пропагандирует высокое искусство, претендуя сама стать его полноправной частью. Амбиции, достойные уважения, не правда ли?

Подпишитесь и станьте на шаг ближе к профессионалам мира моды.

Читайте также