© Халат, сандалии, очки, все Bottega Veneta

Lifestyle

Дом 1949 года в стиле модерн под Лос-Анджелесом: в гостях у Эльзы Хоск

Модернистская архитектура, рисунок Пикассо и скандинавская философия — топ-модель недавно стала мамой и теперь вьет семейное гнездо под Лос-Анджелесом

«Мы купили дом в надежде наполнить его детьми и воспоминаниями. Знаю, что это не всегда в нашей власти, но мне бы хотелось большую семью», — признается шведская модель Эльза Хоск. В конце прошлого года бывший ангел Victoria’s Secret и ее бойфренд, сооснователь спортивного бренда District Vision Том Дейли решили, что за 12 лет жизни в Нью-Йорке они соскучились по ­природе. Молодые люди начали встречаться в 2015 году. С тех пор они неразлучны: вместе занимаются хайкингом в регионе Адирондак, к северо-востоку от Нью-Йорка, и в штате Колорадо, обнимают деревья и ходят по бутикам Celine и Bottega Veneta.

Слева: изгибы вазы Малене Кнудсен повторяют ­прострочку винтажного дивана Bernhardt. На стене картина испанской минималистки Антонии Феррер. Хлопковые рубашка и шорты, все Balenciaga. Справа: редкая версия стула Пьера Жаннере отличается от коллег по серии маленьким сиденьем. Светильник Кассандры Тэтчер, ковер Nordic Knots доставлен из Швеции. Мюли из хлопка, Balenciaga

Эльза была уже глубоко беременна, когда они переехали из лофта на Манхэттене в Южную Пасадину, штат Калифорния. Модель не скрывает восторга от соседей: енотов, сусликов, скунсов и белок. Малышка Тууликки, родившаяся в феврале, скоро тоже с ними подружится. Tuulikki в переводе с финского значит «ветерок» — Эльза назвала дочь в честь своей матери.

Эльза с малышом на диване Camaleonda Марио Беллини. Хлопковая блузка, джинсы, все Philosophy di Lorenzo Serafini; металлические браслеты, Chloé & Sylvia Toledano

У Эльзы две типично скандинавские страс­ти: природа и выдающаяся архитектура. Чтобы она ­решилась покинуть любимый нью-йоркский лофт, нужен был дом, в котором они бы совпали. «Мы всегда восхищались работами австрийско-американского архитектора Рихарда Нойтры, но даже не мечтали, что поселимся в одной из них». Не веря своему счастью, когда Wilkins House был выставлен на продажу, Хоск и Дейли поспешили выкупить памятник модернистской архитектуры середины ХХ века — с окнами во всю стену, потолками из вагонки, пробковыми полами и огромным садом. Говорят, дом очень похож на так и не построенный Alpha House. В 1945 году главный редактор журнала Arts & Architecture Джон Энтенца призвал ­главных архитекторов эпохи показать, как должны выглядеть современные дома. Авангардный эксперимент получил название Case Study Houses, и Нойтра представил для него проект дома мечты. «Он и сейчас выглядит очень актуально. Сегодня многие архитекторы вдохновляются проектами середины века», — говорит Эльза.

Хлопковая блузка, джинсы, все Philosophy di Lorenzo Serafini; металлические браслеты, Chloé & Sylvia Toledano

Хоск — настоящий эксперт в вопросах архитектуры и дизайна интерьеров. «Я росла в Швеции, там красиво даже в библиотеках и обычных школах — повсюду минимализм и модерн, во всем считывается интерес к дизайну. Мои родители тоже были к нему неравнодушны. Отец брал нас с братьями кататься на машине и показывал разные дома, рассказывал про стили и эпохи».

Рядом с книгами стоит торшер авторства Исаму Ногучи. Светильников из рисовой бумаги у Эльзы несколько. Хлопковая футболка, джинсы, все Chanel

Предметы, ассоциирующиеся со стокгольмским детством, в доме занимают особое место. Это ворсовые ковры 1930–1940-х годов авторства Мярты Мос-Фьеттерстрём — такие были у Эльзиной бабушки — и деревянный столик Utö по дизайну Акселя Эйнара Хьорта: «Он делал мебель для жителей архипелага. Простой деревянный столик назван в честь одного из островов и высоко ценится среди коллекционеров по всему миру. Он очень дорогой, но я решила, что ностальгия того стоит — не важно, что некоторым он кажется невзрачным».

Панорамные окна во всю стену открываются, превращая любую комнату в террасу. Готовка — любимое хобби эпохи локдауна. Хлопковое поло, шелковые брюки, все Chloé

Дом Хоск декорировала сама: «Во-первых, мне это нравится. А во-вторых, я хотела, чтобы интерьер был отражением меня. Здесь много вещей из Швеции и Дании, но вообще это конструктор из разных культур. Дом все-таки типично американский». Том идеи возлюбленной только поддерживает. К тому же они разделили сферы влияния: она отвечает за интерьеры, он — за библио­теку. «Я наряжаюсь и обустраиваю дом по одним и тем же принципам: миксую текстуры и цвета, чтобы не было скучно. Обстановка у нас нейтральная — светлая мебель и много дерева. На этом фоне картины кажутся всполохами цвета», — Эльза показывает рисунок Пикассо, который купила на аукционе несколько лет назад. Однажды она мечтает добавить в коллекцию и его живопись. А сейчас надо заказать встроенные полки для книг Тома, посадить кактусы в саду и отремонтировать бассейн — летом у него будут устраивать барбекю и вечеринки, если не случится очередного лок­дауна. А когда со срочными делами будет покончено, можно и про свой бренд подумать. Не удивлюсь, если это будут любимые Эльзой лампы или вазы.

Слева: зеркало Этторе Соттсасса Эльза купила на гонорар от первого крупного контракта. Мюли из хлопка и ротанга, Bottega Veneta. Справа: купленная онлайн ваза и любимые книги покоятся на столике из синтетической смолы Сабин Марселис

Слева: металлический стул Макса Лэмба выглядит массивным, но почти ничего не весит — внутри он полый. На стене в прихожей — картина Каролин Денерво, швейцарской художницы, которая вместо кисти использует свое тело. Справа: коллекция книг и альбомов Эльзы и ее мужа

Хоск нравится шведское понятие lagom, несколько лет назад ставшее таким же популярным, как хюгге: «Это про баланс и про то, что всего должно быть в меру. Если хочется гармонии, не нужно ни из-за чего убиваться». Так, она почти сразу после родов вернулась к работе, но дальше Лос-Анджелеса не выезжает — важно, чтобы Тууликки всегда была рядом. Том привозит ее на кормление к маме на площадку. «Материнство круто меняет жизнь. Ты начинаешь понимать, каково это — заботиться о ком-то больше, чем о себе, становишься менее эгоистичным, ставишь своего ребенка выше всего остального», — размышляет Эльза и добавляет, что дом рассчитан на семью с тремя детьми. Так что освоение архитектурного шедевра только начинается.

Бассейн, как и здание, построен в 1949 году. Купальник из ­полиамида, Versace

Архитектор Рихард Нойтра был поклонником психоанализа и считал, что его дома способны лечить неврозы

Фото: Yulia Gorbachenko. Стиль: Sandy Armeni. Прическа: Dennis Gots/The Wall Group. Макияж: Natasha Severino using Pat McGrath Labs/Forward Artists. Модель: Elsa Hosk/CAA. Кастинг-директор: David Chen. Ретушь: Jenny Stigsdotter/La Machine.