Ели­за­ве­та Ян­ков­ская — о гря­ду­щих ки­но­пре­мье­рах, слож­ных ге­ро­ях, ра­зум­ном эго­из­ме, са­мо­ор­га­ни­за­ции и мечте стать сверхчеловеком

«Зо­ло­тая се­ре­ди­на — не мое»
Топ из по­ли­эс­те­ра, Kalmanovich; серь­ги Classic из бе­ло­го зо­ло­та с брил­ли­ан­та­ми, Mercury

Напоминаем, что вы можете скачать новый номер и всегда иметь его под рукой — для IOS и для Android.

Доч­ка де­ве­ло­пе­ра и га­ле­рист­ки, ис­чез­нув­шая 10 лет на­зад и вдруг вер­нув­ша­я­ся, — толь­ко непо­нят­но, та ли это де­вуш­ка? — в ми­ни-се­ри­а­ле «Про­пав­шая» (он толь­ко что вы­шел на «Ки­но­по­ис­ке HD»). Моск­вич­ка в че­бу­раш­ко­вой шу­бе и шап­ке с пом­по­ном, ко­то­рая с мо­ло­дым му­жем при­ез­жа­ет в его род­ную де­рев­ню и сна­ча­ла ди­вит­ся мест­ным по­ряд­кам — про­изо­шло убий­ство, а ни­кто, кро­ме сы­на жерт­вы, и гла­зом не по­вел, — а по­том на­хо­дит в та­еж­ной жиз­ни свои пре­ле­сти — в филь­ме «По­дель­ни­ки». Его по­ка­жут на «Ки­но­тав­ре», за­тем в ки­но­те­ат­рах и, на­ко­нец, на плат­фор­ме Start. Впе­ре­ди — «Ни­ка» о вун­дер­кин­де позд­не­со­вет­ской эпо­хи, по­этес­се Ни­ке Тур­би­ной, не су­мев­шей най­ти се­бя во взрос­лой жизни.

Неуди­ви­тель­но, что 26‑лет­няя Ели­за­ве­та Ян­ков­ская на во­прос «Как вы про­ве­ли ле­то?» от­ве­ча­ет: «Ра­бо­та­ла. Вче­ра у ме­ня бы­ла пре­мье­ра но­вой вер­сии спек­так­ля «YouTube. В по­ли­ции» в те­ат­ре «Прак­ти­ка», че­рез три дня на­чи­на­ют­ся ре­пе­ти­ции дру­гой по­ста­нов­ки. С пан­де­ми­ей у ме­ня пря­мо вол­на по­шла. Я без­оста­но­воч­но чем-то за­ни­ма­юсь, на­учи­лась со­че­тать ку­чу раз­ных дел, жи­ву вот с рас­пи­са­ни­ем в те­ле­фоне, где все за­пи­са­но, вплоть до «зай­ти к ба­буш­ке в два ча­са дня». Ме­ня это успо­ка­и­ва­ет. Я это в фон­де «Ан­тон тут ря­дом» под­смот­ре­ла. Там у ре­бят все по ми­ну­там распланировано».

Хлоп­ко­вый топ, Sportmax; туфли из ла­ко­вой ко­жи, Saint Laurent by Anthony Vaccarello; ко­лье Classic из бе­ло­го зо­ло­та с брил­ли­ан­та­ми, зо­ло­той ку­лон Classic с жел­ты­ми брил­ли­ан­та­ми на зо­ло­той це­поч­ке, все Mercury

В фонд, по­мо­га­ю­щий лю­дям с аутиз­мом, Ли­за по­па­ла в 2018 го­ду. Она то­гда толь­ко вы­пу­сти­лась по­сле ше­сти лет уче­бы (сна­ча­ла два го­да в Шко­ле-сту­дии МХАТ, по­том че­ты­ре в ГИ­ТИ­Се), де­бю­ти­ро­ва­ла у Ду­ни Смир­но­вой в «Ис­то­рии од­но­го на­зна­че­ния», тор­же­ствен­но про­ша­га­ла по стра­ни­цам глян­ца, по­бы­ва­ла в но­ми­нан­тах пре­мии Mercury — со сто­ро­ны смот­ре­лось как бле­стя­щий старт. Но в ин­тер­вью Vogue Ли­за го­во­ри­ла, что еще ждет «сво­их» про­ек­тов, и сме­ясь до­бав­ля­ла, что по­ка увле­ка­ет­ся то од­ним, то дру­гим — вот ко­мо­ды из ИКЕА взя­лась кра­сить, что­бы про­дать за­до­ро­го, да ни­кто не берет.

«По­сле вы­пус­ка я ре­ши­ла не ид­ти по­ка­зы­вать­ся в те­атр, а взять па­у­зу, по­нять, кто я. В ито­ге му­чи­лась ди­ко це­лый год. Я же при­вык­ла к су­пер­ре­жи­му. Сна­ча­ла ки­но­шко­ла. По­том ин­сти­тут, где ты за­ня­та с 9 утра до 11 ве­че­ра. И вдруг ни­че­го. Я чи­та­ла книж­ки, слу­ша­ла груст­ную му­зы­ку, гу­ля­ла в пар­ке и все силь­нее по­гру­жа­лась в ощу­ще­ние соб­ствен­ной дра­мы. Мне нуж­но бы­ло как-то от­влечь­ся, за­нять­ся не со­бой, а кем-то дру­гим. И я, то­гда я жи­ла в Пи­те­ре, по­про­си­ла по­зна­ко­мить ме­ня с Лю­бо­вью Ар­кус, ос­но­ва­тель­ни­цей жур­на­ла «Се­анс» и фон­да «Ан­тон тут ря­дом». В шко­ле мы ез­ди­ли в дет­ские до­ма, до­ма пре­ста­ре­лых, а еще нас учи­ли об­щать­ся с людь­ми с РАС, по­это­му я быст­ро на­шла язык со сту­ден­та­ми фон­да. Лю­ба и ее ре­бя­та на­учи­ли ме­ня двум ве­щам: рас­пи­са­нию и то­му, что по­мо­гать на­до не из же­ла­ния спа­сти мир, а из эго­и­сти­че­ских со­об­ра­же­ний. Те­бе са­мо­му долж­но быть от это­го прикольно».

Хлоп­ко­вое пла­тье, J.Kim; ко­лье Classic из бе­ло­го зо­ло­та с брил­ли­ан­та­ми, Mercury

Те­перь в рас­пи­са­нии Ли­зы, по­ми­мо ки­но и те­ат­ра, йо­га, ан­глий­ский и еже­не­дель­ная по­езд­ка в при­ют Get Super Dog в Хим­ках. «Ален Де­лон по­стро­ил на юге Фран­ции дом, где жи­вут 60 со­бак, а я по­ка да­же од­ну не мо­гу се­бе поз­во­лить за­ве­сти, по­это­му ез­жу к ним, гла­жу, корм­лю, воз­вра­ща­юсь гряз­ная, но c ощу­ще­ни­ем, что сде­ла­ла важ­ное де­ло. А про гра­фик — в пан­де­мию я по­чув­ство­ва­ла, что вре­мя уско­ри­лось. И по­ня­ла, что ты не мо­жешь сто­ять на ме­сте, ты или раз­ви­ва­ешь­ся, или де­гра­ди­ру­ешь. Я вот сей­час изу­чаю се­бя. Сле­жу, что ем, сколь­ко сплю, что да­ет мне энер­гию. Ку­рить бро­си­ла. Спор­том за­ни­ма­юсь. Хо­чу стать сверх­че­ло­ве­ком в плане фи­зи­че­ских возможностей».

За са­мо­ор­га­ни­за­ци­ей (по­сле не зна­чит вслед­ствие, хо­тя кто зна­ет) под­тя­ну­лись и про­ек­ты. «Есть у ме­ня осо­бен­ность: мои ак­тер­ские спо­соб­но­сти рас­кры­ва­ют­ся, толь­ко ес­ли мне ин­те­рес­но. А ес­ли вдруг мне сроч­но нуж­ны день­ги, тут под­ки­ды­ва­ют про­ект и я бе­русь, то я бу­ду в нем пло­хо вы­гля­деть, пло­хо иг­рать и во­об­ще пор­тить всем на­стро­е­ние. У ме­ня та­кой опыт был, и с тех пор я очень избирательна».

Топ из по­ли­эс­те­ра, Kalmanovich; серь­ги Classic из бе­ло­го зо­ло­та с брил­ли­ан­та­ми, Mercury

«По­дель­ни­ки» Ев­ге­ния Гри­го­рье­ва под­ку­пи­ли экс­пе­ди­ци­ей в Перм­ский край. Де­рев­ня, ва­лен­ки, су­ро­вый рус­ский артха­ус — все то, от че­го ин­тел­ли­гент­ная сто­лич­ная де­вуш­ка мак­си­маль­но да­ле­ка. «Мы го­то­ви­лись к ми­нус 20, а бы­ло ми­нус 40. Я пом­ню ощу­ще­ние, как ты по­лу­го­лая вы­бе­га­ешь из ба­ни и ни­че­го не мо­жешь сыг­рать, по­то­му что ор­га­низм на­стро­ен толь­ко на вы­жи­ва­ние. А еще мы с Юрой Бо­ри­со­вым ре­ши­ли уда­лить ин­ста­грам. Че­рез ме­сяц я по­сре­ди но­чи тай­ком ска­чи­ваю при­ло­же­ние, за­хо­жу, ви­жу сто­риc от Юры и ду­маю: «Ах ты…» А по­том по­ни­маю, что и са­ма спа­ли­лась. Мы в из­бе, в со­сед­них ком­на­тах, вдруг ра­зом психанули».

Ми­ни-се­ри­ал «Про­пав­шая» при­влек Ли­зу ро­лью де­вуш­ки с трав­ми­ро­ван­ной пси­хи­кой. И шан­сом по­ра­бо­тать с Ва­ди­мом Пе­рель­ма­ном, ко­то­рый де­бю­ти­ро­вал в Гол­ли­ву­де, а те­перь то сни­ма­ет в Рос­сии се­ри­ал «Из­ме­ны», то в Гер­ма­нии — «Уро­ки фар­си». «Раз­ни­ца — в дис­ци­плине. Та­ко­го, как обыч­но у нас, — «иду, иду, еще пять ми­нут!» — у него на пло­щад­ке не бы­ло. Все бы­ло су­перор­га­ни­зо­ван­но, и все ра­бо­та­ли. Как я люб­лю, — сме­ет­ся Ли­за. — Я и в ин­сти­ту­те лю­би­ла жест­ких пре­по­да­ва­те­лей. А они меня».

Из-за пан­де­мии Пе­рель­ман не смог при­ле­теть в Рос­сию, сни­ма­ли в Мин­ске. За ок­ном бу­ше­ва­ли про­те­сты. «Мне ка­жет­ся, это са­мое важ­ное, что я ви­де­ла в жиз­ни. Я чи­та­ла про пси­хо­ло­ги­че­ский эф­фект еди­не­ния, ко­то­рый охва­тил лю­дей по­сле Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны, ко­гда ты при­хо­дишь в ма­га­зин и всех встре­ча­ешь как род­ных, — вот у бе­ло­ру­сов бы­ло та­кое. Все это бы­ло страш­но и вдох­нов­ля­ю­ще то­гда. И горь­ко сей­час. Но да­вай­те о работе».

На­ше ки­но сей­час у всех на устах. С чем это свя­за­но? «Ка­жет­ся, что, чем слож­нее те­бе жи­вет­ся, тем боль­ше в те­бе рас­тет ху­дож­ник. И сей­час ста­но­вят­ся слыш­ны го­ло­са этих ре­бят. Да и ге­рои ме­ня­ют­ся. Рань­ше все бы­ло ка­кое-то од­но­бо­кое. На ка­стин­гах мне го­во­ри­ли: «У те­бя го­лос слиш­ком низ­кий», «У те­бя ли­цо слиш­ком дет­ское» или «У те­бя ли­цо ре­бен­ка, а го­лос взрос­лой жен­щи­ны». И ни­где я не под­хо­ди­ла. По­то­му что в ки­но 90% успе­ха — по­па­да­ние в пер­со­на­жа. А по­сле «Джо­ке­ра» в ми­ре по­яви­лась мо­да на слож­но­го, объ­ем­но­го ге­роя. Не про­сто от­ри­ца­тель­но­го или по­ло­жи­тель­но­го. На­вер­ное, это свя­за­но с то­ле­рант­но­стью, с на­шей го­тов­но­стью при­ни­мать непо­хо­жее. Мои ге­ро­и­ни, что Ле­на из «Про­пав­шей», что Ни­ка Тур­би­на, — в них есть сло­ман­ность. И эта ду­рац­кая непра­виль­ность вдруг ста­ла за­хо­дить ре­жис­се­рам и зри­те­лям. И это классно».

Бо­ди из вис­ко­зы, Givenchy; ку­лон Miss Russia из бе­ло­го зо­ло­та с изу­мру­да­ми и брил­ли­ан­та­ми на це­поч­ке из бе­ло­го зо­ло­та, Mercury

Фото: Евгений Шишкин; архив Vogue. Стиль: Ксения Проскурякова. Ювелирный редактор: Митя Астафьев. Прическа и макияж: Мария Яковлева. Ассистент фотографа: Андрей Харыбин / Bold. Ассистент стилиста: Ксения Ефремова. Продюсер: Данил Белобрага. Ассистент продюсера: Анна Хлоева.