В мае 2021 года Юлия Снигирь стала одной из героинь глобального проекта Giorgio Armani Crossroads («Перекрестки»). Совместно с другими участницами — знаменитостями, филантропами, учеными из разных стран — актриса вдохновляет зрителей прислушиваться к себе и двигаться вперед, несмотря на любые сложности на «перекрестках» жизни. Vogue поговорил с Юлией о том, что помогает ей принимать трудные решения и что она вкладывает в понятие «сильная женщина».
В релизе проекта Crossroads («Перекрестки») Giorgio Armani, в котором вы приняли участие, говорится, что его амбассадоры — «независимые, сильные и элегантные» женщины. Что вы вкладываете в эти слова? В чем для вас проявляются независимость, сила и элегантность?
Для меня это свобода. Свобода быть собой. Свобода от мнений и внешних обстоятельств. Помните, несколько лет назад на вручении «Золотого глобуса» Мерил Стрип выступила с блестящей благодарственной речью, которую после цитировали по всему миру. И вот если мы говорим о независимости, силе и элегантности в один момент, для меня и сама Мерил Стрип, и эта речь, и эффект, ею произведенный, — соединение этих трех понятий.
Всегда ли вы ощущаете в себе эти качества? Какие советы можете дать тем, кто только находится на пути к этому?
Мне хотелось бы считать себя независимым человеком. Но… это же такая непостоянная и мало осязаемая величина, особенно сейчас, и очень субъективная. Про элегантность как-то говорить неловко. Слушайте, а может, все иначе? Я тут перед вами умничаю, а может оказаться, что сильные и независимые отвечают вообще иначе. (Смеется.)
Я знаю только, что самое правильное — быть здесь и сейчас. Это состояние — такое редкое в наше время, с его скоростями и невероятным количеством информации, не просто ценно само по себе, а может неожиданно и открыть в нас самих очень многое. Мы же обычно пытаемся успеть за всем, начинаем суетиться, рискуя растерять этот накопленный — как это сейчас модно говорить — ресурс. А стоит только замедлиться, задать самому себе какие-то вопросы, элементарно спросить у себя: «А чего я хочу прямо сейчас?» — и честно на это ответить. Мне кажется, прежде чем говорить о глобальных вещах вроде силы и независимости, нужно почувствовать себя в моменте, а сейчас-то я что ощущаю? Какая моя отправная точка? И уже от этого двигаться дальше.
Мы так много сегодня говорим о том, что женщины должны быть сильными, что у многих происходит подмена понятий. Часто ведь и в признании слабости — например, в том, чтобы признаться себе в усталости, дать отдохнуть, не стремиться 24/7 «остановить коня на скаку» — тоже есть проявление силы.
Да, это, мне кажется, такая наша русская ментальная черта, и в горящую избу, и коня на скаку. Но тут уж, простите, никуда не деться от истории. Я бы посмотрела на выражение лиц женщин в послевоенные годы, если бы им кто-то предложил признаться в своей усталости. Но время идет, на дворе XXI век, а генетически, видно, в нас как-то это заложено — идти до последнего, не сдаваться, не признавать свою слабость. Хочется верить, что ситуация потихоньку меняется.
Что говорите себе в момент выгорания (если оно бывает), как настраиваете себя на рабочую волну?
Выгорание бывает, наверное, у всех, тут важно «амнистировать» себя, свое чувство вины, дать себе пострадать день-два и вылезать из норы. Найти, в чем ваш ресурс, и делать маленькие шаги. В год карантина для меня это была готовка и макушка сына. Так что, если я приготовила обед из десяти блюд и заобнимала ребенка — все, завтра снова готова в бой. (Смеется.)
Instagram content
This content can also be viewed on the site it originates from.
Какие ваши «правила», когда вы сами находитесь на «перекрестке» и нужно принимать сложные решения: прислушиваетесь к себе или к советам?
Глобальные решения я принимаю моментально и зачастую радикально. А вот над цветом помады к образу могу размышлять часами.
Вы, как и другие амбассадоры проекта Giorgio Armani, пример для многих девушек. Вы ощущаете на себе какой-то «груз ответственности» из-за этого? Как это влияет на вашу профессиональную жизнь и жизнь вне работы?
Я ощущаю на себе ответственность как актриса. Так как, безусловно, я тоже отвечаю за то, что увидит и почувствует мой зритель, и стараюсь всегда об этом помнить. А как девушка… я очень тяжело принимаю комплименты. Для меня это сложная история, мне все время кажется, что они необоснованны. Конечно, сейчас я уже не считаю себя раздутым мыльным пузырем, как после первой своей картины, но все-таки ощущение такого маленького пузырька осталось. (Улыбается.) Но я учусь меньше рефлексировать на эту тему, иначе можно уйти в бесконечный самоанализ, а мне все-таки нужно оставлять время на работу, чтобы было что анализировать. (Смеется.)