You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

  1. Журнал
  2. Журнал

Любить Билла

Братья Каулитц из группы Tokio Hotel начинали как эмо, а стали иконами стиля. Билл носит кожаные брюки скинни, высокие сапоги и готический макияж. Его брат-близнец Том – рэпер в широченных штанах. Оба нарасхват у дизайнеров

На Билле: шерстяной жакет, Louis Vuitton; топ из металлических колец, Roberto Cavalli; кожаные брюки, DSquared2; сапоги из кожи питона, Rick Owens. На Томе: хлопковая куртка, Diesel; хлопковая футболка, Intimissimi; джинсы, DSquared2; кроссовки, Adidas O by О Jeremy Scott.


С тех пор как Жорж Санд надела брюки, а Марлен Дитрих — фрак, кросс-дрессинг не выходил из женской моды. Черный тоже, этим уже мы обязаны двум королевам: британской Виктории и модной Коко Шанель. В их времена, чтобы оказаться у всех на устах, женщине было достаточно галстука или маленького черного платья. Сейчас двубортными костюмами на голое тело и готичными бюстье из кожи уже не удивишь: они или нечто похожее есть в каждой второй дизайнерской коллекции.


В музыке тот же путь проделала немецкая группа Tokio Hotel. Андрогинная комплекция, подведенные глаза, маникюр, кожаные брюки в облипку, каблуки — «So sweet!» — говорили зрители клипов миловидного фронтмена Билла Каулитца. Но песни с говорящими названиями «Крик», «Спаси меня», «Последний день» и текстами под стать доказывали: перед нами не очередной миловидный поп-тинейджер, а самый настоящий рокер. Еще в двенадцать Билл основал группу Devilish («Сатанинская»). Довершает путаницу Том, брат-близнец Билла. Он носит дреды, пирсинг, серьги-тоннели, хип-хоперские джинсы-трубы и кроссовки реального пацана (осенью Том стал новым лицом Reebok) — но в Tokio Hotel не рэп читает, а выдает гитарные соло не хуже Кита Ричардса.


Эмо, готы, панки — нынешним тинейджерам все равно (некоторым музыкальным критикам тоже), как называть певцов-интровертов, у которых душа всегда болит, сердце — плачет, а сами они жаждут красивой смерти. В новом тысячелетии главное не название, а красивое название. И костюм.



С какого момента можно говорить о появлении готов? Историки бы сказали, со времен Римской империи: Рим, как мы помним со школы, взяли как раз готы, восточно-германское племя (с тех пор и до наших дней готы — синоним вандалам и варварам). Искусствоведы отошлют к готической архитектуре, которая, как мы тоже помним, вовсе не про здания из черного кирпича. Литературоведы вспомнят о готическом романе, прототипе ужастиков и вампирских саг родом из Великобритании конца XVIII века, детективных триллерах Эдгара По, Бодлере с его «Цветами зла». У киноманов за готику ответят сентиментальные страшилки Тима Бертона, немецкий экспрессионизм, мистический Хичкок и все те же вампирские саги.


Но в музыке и моде готика — совсем другое. В ранние 80-е в Вашингтоне группа Rites of Spring вышла на хардкор-панк-сцену с берущими за душу излияниями в духе фолка 70-х. В феврале 1981 года автор британского еженедельника о роке Sounds Стив Китон назвал заметку The Face of Punk Gothique — и с тех пор по разряду готов проходят группы Fall Out Boy, Joy Division, Sunny Day Real Estate, Panic! At the Disco, My Chemical Romance, The Cure... Песни, посвященные депрессии, суициду и прочим глупостям для впечатлительных подростков под истеричные гитарные рифы, как выяснилось, могут зарабатывать не меньше долларов, чем благородные баллады аккуратно подстриженных певцов. И даже чем развеселые песенки про любовь ливерпульской четверки. Разумеется, мода не могла не среагировать.


Вообще-то меланхоличный романтизм не раз выручал и дизайнеров. Начиная с культа траура в викторианской моде и заканчивая творениями Anna Sui, Rodarte, Alexander McQueen, Gareth Pugh, мастера создавать из ткани черные облака с шипами, — оккультизм, могилы, надгробия и прочие атрибуты готики всегда продавались на ура.


Наше время не отстает: на улицах Токио «принцесс» теснят «готичные лолиты», девочки-тинейджеры в пышных мини с траурными кружевами, с сумками в форме распятий, кровавой помадой и smokey-eyes. Основатель краеугольного для гардеробов «готичных лолит» бренда Moi-même-Moitié Мана, кстати, гитарист легендарных японских готик-групп Malice Mizer и Moi dix Mois.


Карл Лагерфельд, большой ценитель черного, от очков до ботинок на каблуках, в этом сезоне отметился в именной марке одной из самых мрачных (если оценивать по цвету кожи) коллекций. А с подачи Givenchy и Balmain брюки сегодня не могут быть слишком узкими, слишком кожаными и слишком черными.


Из властителя маргинальных и пубертатных умов готика превратилась в мейнстрим — как и ребята из Tokio Hotel. Начали с песен за упокой, они продолжают за вполне коммерческое здравие. Год назад вышел их третий альбом Humanoid с треками «Боль любви», «Любовь и смерть» и «Темная сторона солнца» (названия те же, а звук уже совсем не мальчиков-плакс, но рок-мужей), было продано уже 400 тысяч дисков, а с основания группы — под 6 миллионов. В сентябре 2009 года Лагерфельд выбрал Билла для съемки к 30-летию немецкого Vogue и заявил, что Каулитц — «новый тип немца, суперзвезда и икона стиля».


Следом GQ поместил его в список самых хорошо одетых мужчин (да-да) за «страсть меняться и пробовать новое». И вот теперь Билл демонстрирует женскую моду для Vogue. Вы еще смеетесь над его черными брючками и маникюром?



Фото: Pierpaolo Ferrari; Getty Images/Fotobank.com; Rex features/Fotobank.com; Retna/vostock-photo
комментарии