You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

  1. Журнал
  2. Журнал
Журнал

Иван Иванович меняет профессии

По виражам судьбы Ивана Охлобыстина — от байкера через православного священника к звезде «Интернов» — можно писать историю болезней нашего общества. Vogue попросил главного врача русского телевидения поставить диагноз зрителям

31 Января 2011

Иван Иванович меняет профессии

Пиджак и брюки, все Boss Selection; рубашка, Eton; ботинки, Dolce & Gabbana; галстук, Giorgio Armani; ремень, Gucci; платиновые часы Nicolas Rieussec Monopusher Chronograph Automatic, Montblanc.


«Привет! Чем это вы пахнете? Chanel?» — и тут же история о том, как он покупает мальчишкам Platinum и Allure, дочкам — Chance или Mademoiselle, а жене (у Ивана Охлобыстина с женой, актрисой Оксаной Арбузовой — двое сыновей и четыре дочери) — № 5, большими бутылями. Спрашивает, нужно ли снимать украшения — на нем пара килограммов серебра на пальцах, запястьях, шее. И тут же отвлекается: «Надо на работу позвонить, сказать, что не приеду. Обещал быть в три, но пока снимали, уже к вам ехать пора. У меня работа любимая! Тридцать четвертый этаж, ореховые панели, костюмы Brioni, плазма на стене. Телефон вот гениальный, только сенсорный экран за три дня истирается. И клавиши маленькие, как люди в них попадают?!»


Охлобыстин снимает черный бушлат (на нем также серый армейский свитер в рубчик с «заплатами» на плечах, серые вельветовые штаны, черные ботинки из грубой кожи, желтые очки-капли), достает пачку красных «Голуаз» и срывается в курилку, продолжая говорить. Съемочная группа молча переводит дух.


Пиджак и брюки, все H&M; рубашка, Prada; ботинки, Gucci; платок, Kiton; часы из белого золота, Vacheron Constantin.

Гениальный телефон — это BlackBerry. «Снимали» — это про новый сезон «Интернов», который сейчас идет на ТНТ. Новая работа — креативного директора «Евросети». Служит им Охлобыстин с 1 декабря, на момент съемки — всего пару дней. Не по-шефски обходителен с ассистенткой: «Але! Простите, дорогая, не приеду сегодня. Очень неудобно, но я уже на съемке для Vogue. Ну да, до завтра. Так вот», — это Иван уже нам.


Дальше — рассказ про телефоны с прозрачным корпусом и обвитым неоновыми диодами аккумулятором, с глушилкой сигнала, со встроенной подзарядкой... Зачем ему все это? «Первое образование у меня техническое, ну и я всегда любил железяки. Сейчас происходит разделение: телефоны, которые нужны для того, чтобы по ним разговаривать, — это звонилки. А есть приборы: навигатор, интернет, читалка. Короче, это целый мир, жизнь с предметом, который нужно осваивать. Так же, как с костюмом. Мне идут костюмы, но до сих пор было абсолютно бессмысленно ими себя обременять. А теперь ношу — положено».


В новом тушинском таунхаусе семейства Охлобыстиных под телефоны отведен стеллаж. «Все работают. Я не отвечаю? — удивляется Иван на то, что по всем имеющимся у меня двенадцати его номерам неделю одни гудки. — А я, когда выхожу из дома, беру один из телефонов. То есть в этот день живу тем периодом жизни, с которым связан телефон с содержимым. И честно отвечаю на вопрос, какой у меня номер: «Я не знаю».


Рубашка, Eton; брюки, Boss Selection; галстук, Giorgio Armani; часы Premier Excenter Timezone из белого золота, Harry Winston.

В остальном про Охлобыстина все, казалось бы, известно. Имеет 17 премий как режиссер, 9 — как актер и 21-ну — как сценарист. Картавит, украшен татуировками, собирает оружие. В 90-е работал в артхаусе, пиарщиком, избирался в Думу. В нулевые стал священником, потом вернулся в кино, сыграл Шута при Иване Грозном, за что был поруган православной общественностью, после чего попросил патриарха временно отстранить его от служения. В этом году выйдет шесть фильмов с ним в титрах, ближайшие — «Служебный роман. Наше время» и «Поколение «Пи». В экранизации пелевинского романа о 90-х Охлобыстин играет Малюту, «здорового жлоба в затертом джинсовом костюме и пламенного антисемита». А в ремейке советской киноклассики — тренера по корпоративному пиару. «У меня несколько вариантов подхода к работе. Когда от меня требуют реализации какой-то роли, и когда я нужен как свадебный генерал. В случае со «Служебным романом» я знал, что я своим друзьям нужен как лицо. Почему нет? Это не дрова пилить. Физического труда здесь нет. Психика не страдает. Я легко иду на это, когда друзья работают, я не могу им отказать. Я считаю это обязательством. Можешь — могу, но если есть свободное время. Наверное, это правда, что я конъюнктурщик. Я же не на необитаемом острове живу. Настраиваешься, как приемник, на волну и черпаешь из массового бессознательного. Когда я учился во ВГИКе, проводил опыты в общежитии. Мы вдвоем с другом садились и говорили, скажем, о море. Потом шли по коридору, заходили в разные комнаты. Восемьдесят процентов живших в этих комнатах говорили либо о дельфинах, либо о ракушках, либо о купании».



Теперь, судя по очередному карьерному зигзагу Охлобыстина, в общественном сознании господствует что-то новое — что воплощают сериалы. Завотделением из «Интернов» доктор Быков в исполнении Охлобыстина влюбил в себя и традиционную аудиторию сериалов — домохозяек и пенсионерок — и молодежь, утончившую вкус на «Докторе Хаусе» и «Безумцах». «У нас во ВГИКе всегда брезгливо относились к «мылу». Ну мы же киношники, это профессиональное чванство, оно всегда было во мне. Первые пять дней показа «Интернов» были провальные. То есть сразу несколько миллионов в трубу вылетело. А на шестой день пошло: мы на первом месте, на втором — информационная передача Первого канала, а уже потом все остальное. Теперь продюсеры общаются между собой: «Я хочу сериал типа «Интернов». Этому жанру даже определения еще не придумали, он не соответствует параметрам скетч- или ситкома».


Иван Охлобыстин в роли Шута в драме Павла Лунгина «Царь» (вверху) и доктора Быкова в сериале «Интерны».

Сознание современных людей изменилось, — объясняет главный редактор конкурирующего с ТНТ холдинга СТС-Медиа Алексей Казаков. — Полнометражный фильм все сложнее высидеть до конца, людям гораздо комфортнее мыслить в формате 20-минутных серий. И получается, что лучшие драматурги, режиссеры, актеры уходят в сериалы. Больше того, лучшие сериалы построены вопреки классической сериальной драматургии. Закадровый смех, живая аудитория в павильоне, минимум натурных съемок — устарели. В популярных их и нет».


«Сериалы скоро заменят развлекательное кино, — это уже Охлобыстин. — Моя мама недавно едет через глухие калужские леса, звонит и говорит мне: «Я уже 40 минут никого не видела, кроме тебя». На рекламных щитах, в смысле. Телевидение позволяет себе эксперименты: ну где я еще могу, сыграв сцену, забежать посмотреть плейбэк и сказать: здесь надо добавить Бэрриморррррра! Двенадцать раз — и все эти двенадцать раз на меня будут работать павильон, 80 человек, камеры, которые диких денег стоят».



«В детстве, если роман был интересный, мне хотелось, чтобы он никогда не заканчивался, — продолжает Охлобыстин. — Это как с мобильными телефонами: железный корпус лучше пластикового. Хотя на самом деле пластик не только легче, он прочнее. Но человеку на уровне 325-го витка ДНК ближе металл. Вот то же самое с хорошими телесериалами: в какой-то момент я понимаю, что мне не важно, что происходит с главным героем. Мне важно, что он находится в движении, что он мне нравится. Так что идеальный сериал — это как «Санта-Барбара»: 10 тысяч серий».


Последний вопрос. Не смущает ли Ивана, что он на пятом десятке и отец, и муж, и вице-президент, и доктор Быков, и батюшка, и актер — а все тот же тушинский сатир? «Иван Охлобыстин — актер одного амплуа, да. Всех людей можно поделить на определенные категории даже в бытовой жизни. Один в комедиях существует. Другой не выходит за границы жанра утиной охоты — постоянно в печоринщине находится, в сомнениях. Он всегда лишний человек, даже если топ-менеджер крупной компании. Я свой образ называю «Чешский луна-парк». Влетает в кадр человек с огромными усами, таращит глаза и орет: «Ваааалшэббббные пааарааашки ат дэпрэсссссии! Всего двадцать копеек! В каждой аптеке Пеетттербургааа!» И порошки покупают на миллион. Ощущение праздника, ненавязчивой доминанты — это работает. Для нестабильного общества, как наше сейчас, доступна только сатира. Сатира и бурлеск. Хлестко, смешно и необременительно. Вот у вас: халявный кофе, куча девчонок, белый костюм, съемка для Vogue. Так я и представлял свою жизнь в 44 года!»


Фото: Slava Filippov. Стиль: Людмила Заичкина. Груминг: Татьяна Чумакова/The Agent. Ассистент фотографа: Кирилл Пантелеев. Ассистент стилиста: Елена Пятибратова. Продюсер: Елена Серова. Ассистент продюсера: Екатерина Золототрубова.

Мебель предоставлена салоном «Интерни».
Редакция благодарит шоу-рум H&M за помощь в организации съемки.

комментарии

подписка на журнал

Для Вас все самое интересное
и свежее в мире моды

VOGUE на планшете

Свежий номер журнала
по специальной цене

VOGUE на iphone

Скачайте
по специальной цене!

VOGUE коллекции

Для iPhone
и iPad