You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

Хотите получать уведомления о самых важных новостях из мира моды? Да, подписаться
Журнал

Трофеи Маршалл

Сабрина Маршалл — одна из лучших модных стилистов Парижа. А в ее квартире собрана одна из лучших коллекций современного искусства во Франции.

17 Июня 2011

Трофеи Маршалл
С улицы этот дом — воплощение парижского шика в стиле барона Османа. Он стоит в центре одного из самых знаменитых городских кварталов — на площади Альма, а фасад выходит на Сену. Но стоит подняться на несколько этажей и ступить на порог кварти­ры стилиста журнала Self Service Сабрины Маршалл, как атмосфера больших бульваров позапрошлого века рассеивается, как дым над островом Святого Людовика. Вы — в передовом мире современного искусства, и стоящая перед вами американка — его жрица. Но сначала вам предстоит испытать шок от знакомства со статуей писающего медведя. Да-да, на лестничной площадке у Маршалл писает медведь, причем стоя, по-человечески. Из зеленой бутылки на его причинное место капает белая краска, голова повернута, словно в приветствии. А вместо затылка у него писсуар. «Дети из нашего дома его обожают», — смеется Маршалл. Высота косолапого — больше двух метров. Его создал в 2005 году Ричард Джексон. Сабрина объясняет, что писсуар он позаимствовал у Марселя Дюшана, а капающая белая краска — отсыл к Джексону Поллоку. Одним словом, это не похабная шутка, а аллегория на тему модернистско­го искусства. 

SU146_VogueRu_SabrinaM_Portrait1_020.jpg
Часть триптиха из обложек рок-группы Nirvana американского фотохудожника Слейтера Брэдли. 
На Сабрине: топ, брюки, туфли, 
все Céline.

Окна гостиной Маршалл выходят на Эйфелеву башню — вид отсюда, как на почтовой открытке. Но внутри еще интереснее. Белые стены, глубокий диван, кресло от Марка Ньюсона, но главное — то, что на стенах. Ячеистый квадрат из черной пены с металлическими шариками — работа Мишеля Франсуа — разместился между сияющей неоном инсталляцией Мири Сегал, посвященной израильско-палестинскому конфликту, и огромным овальным триптихом Слейтера Брэдли из обложек альбомов «Нирваны». На противоположной стене — любимая картина Маршалл, из серии «День сегодняшний» Он Кавары — «26 мая 1994». «Это напоминание о том, что время творит сам человек, и нет такой даты, которая была бы важнее других», — объясняет хозяйка дома. 

SU146_VogueRu_SabrinaM_Living4_HERO.jpg
На стенах в гостиной «Черный квадрат» Мишеля Франсуа, 2010, триптих из обложек рок-группы Nirvana и картина «Гегемония 5» Майкла Уилкинсона. В центре гостиной — кресло работы Марка Ньюсона.

В другом углу — массивная силиконовая скульптура Пола Маккарти «Презерватив» (2003): согласитесь, на нее нельзя не обратить внимания. «Маккарти — из тех художников, на которых я выросла», — с улыбкой замечает Маршалл. Вторая ее любимая картина висит в библиотеке — это «Органический порядок» (2007) Джона Балдессари. «У этого художника тоже отличное чувство юмора. Когда я смотрю на эту работу, я вижу в зеркале саму себя. Я пытаюсь вести здоровый образ жизни, правильно питаюсь, покупаю все органическое. Хотя в глубине души знаю, что органика здесь совершенно ни при чем — все дело в контроле над собой». 

Маршалл родилась и выросла в Лос-Анджелесе. Сегодня на ней джинсы, рубашка в полоску и коричневые мокасины — хоть сейчас на рекламный плакат Ralph Lauren. На руке — двойное золотое кольцо на шарнире Repossi; еще одно Thakoon — жемчужины на золотой нитке. В ее стиле, как и в произведениях искусства вокруг нее, очень остро ощущается дух Америки, а вот ее эмоциональность и восприимчивость — абсолютно французские.

SU146_VogueRu_SabrinaM_Hall1_HERO.jpg
Картины американского художника Раймонда Петтибона.

Неудивительно: мать Маршалл родилась во Франции в семье известных коллекционеров Нюбауэр. В конце восьмидесятых она вышла замуж за кинопродюсера-американца. «Для моей матери искусство — это вся ее жизнь, — говорит Маршалл. — Переезд из Франции в Лос-Анджелес стал для нее культурным шоком. Она чувствовала себя страшно одинокой, и искусство стало для нее единственным собеседником». 

«В Лос-Анджелесе все в порядке с кино, но не с остальной культурой, — продолжает хозяйка дома. — Поэтому меня все считали странной. Конечно, пока ровесники развлекались в Диснейленде, мама водила меня по музеям и арт-галереям. И не могу сказать, что мне это не нравилось». Как-то подружки Сабрины пришли к ней в гости и стали говорить, что женщины на фотографиях Нан Голдин, развешанных в ее комнате, «такие сексуальные». Маршалл не преминула ответить им саркастическим тоном, что на фото не женщины, а трансвеститы. 

SU146_VogueRu_SabrinaM_Library1_HERO.jpg
В гостиной — работа Стефана Брюггеманна «Падение», 2008.

Лето она проводила в Париже у бабушки с дедушкой, целыми днями рассматривала бабушкиного Баския и училась видеть в нем нечто свое. «Я — дитя Парижа», — говорит она, хотя в полной мере принять современное искусство этот город сумел только годы спустя. 

С чем в Париже все было в порядке в середине девяностых — это с модой. «Я сформировалась как личность в эпоху, когда Том Форд возрождал Gucci, — говорит Маршалл. — Я была просто помешана на Gucci и Prada. И на Versace тоже». Она не пропускала ни одного выпуска Vogue и The Face, девчонкой ходила в магазин Miu Miu. Бабушка купила ей первую в ее жизни нейлоновую сумку Prada. («Она у меня до сих пор цела».) Но по-настоящему ее вкус сформировался под влиянием Gucci — длинные прямые светлые волосы, smoky eyes, расстегнутые рубашки, узкий силуэт. 

SU146_VogueRu_SabrinaM_Portrait2_008.jpg
В коридоре (на фото слева) — Инсталляция из пустых картонных коробок мексиканского художника Хосе Давида. На Сабрине: жакет и блузка, все Céline; джинсы, Levi’s.

«Я не могла жить без искусства, но согласитесь, сложно соперничать в любви к чему-то с собственной матерью, — ухмыляется Маршалл. — Поэтому к подростковому возрасту я решила: буду заниматься модой». Окончив в Америке университет, она вернулась в Париж и поступила в международную школу дизайна Parsons. Параллельно работала ассистентом стилиста на фотосъемках для разных журналов. «Мне нравился сам процесс: отобрать вещи, составить образ, придумать сюжет, подобрать команду, — говорит она. — Реализовать задуманное, получить красивые кадры, увидеть их напечатанными в журнале — что может быть лучше? Это просто счастье!» Сабрина вспоминает, как впервые работала со своим любимым стилистом, легендарным Джо Маккенной. «Я всегда с ума сходила от его работ. Его стиль — это потрясающе. Он мог такое сделать всего лишь с курткой и футболкой! Минимализм и при этом невиданная сила — вот его фирменное сочетание!»

SU146_VogueRu_SabrinaM_Dining1_HERO.jpg
На стене в столовой картина Майкла Уилкинсона «Гегемония 4», 2010.

Сейчас она сотрудничает с выходящим раз в полгода модным журналом Self Service, который издает парижская галерея Тадеуша Ропака. «Искусство — это часть моего мира, я всегда хотела найти золотую середину, — говорит­ Маршалл. — И вот я ее нашла». И в моде, и в искусстве Маршалл больше всего ценит возможность оты­с­кать нечто уникальное — то, что придаст особый характер и гардеробу, и дому». Сейчас, когда Маршалл отделывает квартиру, она с упоением обследует парижские блошиные рынки в поисках вещей пятидесятых годов. А в моде больше всего увлечена сочетанием мужественности и женственности — как у Лорен Хаттон и Анжелики Хьюстон. 

Разумеется, ей нравится то, что делает Ханна Макгиббон для Chloé, и она признается, что, как и все, без ума от Céline. «Это минимализм — но такой женственный! Я с удовольствием ношу все вещи Фиби Фило, которые у меня есть». По мнению Сабрины, мода переживает сейчас переходный период: хотя большинство событий происходит в Нью-Йорке и Лондоне (особенно ей нравятся Erdem и Meadham Kirchhoff), на авансцену уже выходит новое поколение парижских дизайнеров — таких как Гийом Анри из Carven и Эстебан Кортазар, тот самый, что два сезона назад работал на Ungaro. 

SU146_VogueRu_SabrinaM_Study1_HERO.jpg
В библиотеке висит «Органический порядок» Джона Балдессари, 2007.

Хозяйка дома показывает нам свое последнее приобретение: не имеющую названия работу мексиканского художника Хосе Давида. Пустые картонные коробки закреплены на стене, как полки. «Из де­шевых предметов он создал объект, который стоил бы состояние, если бы на нем стояла подпись... ну, например, Дональда Джадда, — смеется Сабрина. — Отсюда вывод: дорогой или дешевый у вас материал, никому не интересно. Интересен результат». Сам Джо Маккенна не мог бы сформулировать ее кре­до точнее.

Фото: Simon Upton. Стиль: Sarah Smiley. Прически: Tie Toyama/Calliste. Макияж: Marie Duhart/L’atelier. Продюсер: Елена Серова.

еще в разделе Журнал

Вошли в «Гараж»

Вошли в «Гараж»

Спустя три года после открытия московский арт-центр «Гараж» прекращает свою работу. Но только по старому адресу: вскоре в Москве и Санкт-Петербурге у «Гаража» появятся сразу два новых. Подробности — у Даши Жуковой и ее команды.

Канал культура

Канал культура

Куратор Венецианской биеннале Биче Куригер — о том, чем она хочет нас удивить этим летом.

комментарии /

смотрите ТАКЖЕ

Филипп красивый
Журнал

Филипп красивый

Немецкий дизайнер Филипп Плейн построил в Швейцарии дом, не уступающий в экстравагантности его одежде

Дафна Гиннесс продает свою квартиру в Нью-Йорке
Новости

Дафна Гиннесс продает свою квартиру в Нью-Йорке

Четырехсотметровые апартаменты на Пятой авеню наследница Guinness оценила в 14 миллионов долларов


самое популярное

Художница Ксения Драныш о жизни как перформансе
Новости Художница Ксения Драныш о жизни как перформансе

И о том, почему искусство должно быть позитивным


подписка на журнал

Для Вас все самое интересное
и свежее в мире моды

VOGUE на планшете

Свежий номер журнала
по специальной цене

VOGUE на iphone

Скачайте
по специальной цене!

VOGUE коллекции

Для iPhone
и iPad

Vogue Россия
в Facebook

Vogue Россия
в Vkontakte

Vogue Россия
в Twitter

Видео-канал
VOGUE Россия

vogue россия
в instagram

Instagram

Самые яркие
фото VOGUE.ru