You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

Хотите получать уведомления о самых важных новостях из мира моды? Да, подписаться
Журнал

Крестоносцы

В начале октября в миланском Ла Скала – важная премьера: «Раймонда» в постановке Сергея Вихарева. Главную партию – невесту благородного рыцаря Жана де Бриена – станцует солистка Мариинки Олеся Новикова.

13 Октября 2011

Крестоносцы
Шелковое платье, Viva Vox.

«У меня все есть. И платья нарядные, красивые. И серьги к ним, и туфли, и бусы... Дома, в шкафу», — трогательно волнуется солистка Мариинского театра Олеся Новикова. Ее снимает VOGUE, и ей словно бы неловко за то, что лица танцовщиц вне света рампы и без грима кажутся совсем юными, даже наивными, волосы подоткнуты кое-как, лишь бы не мешать танцу. А облачены обычно в растрепанный шерстяной кокон, из которого свисают какие-то лямки. Обладатели совершенных тел и лепных лиц на сцене, танцовщики у себя дома — то  есть в театре — выглядят как парти­заны на отдыхе. Постороннему человеку трудно понять, что к вечеру, после репетиций, натруженному организму тошно даже от плотного прикосновения ткани, а разогретые мышцы нужно все время держать, как в термосе, в ворохе теплых просторных свитеров, кардиганов, штанов, балахонов, гетр, шарфов...

 «Вот и они меня за это ругают», — вздыхает Олеся. Они — это мама и муж, солист Михайловского теат­ра Леонид Сарафанов. Олеся рассказывает о своем маленьком сыне, о том, как восстанавливала форму после родов («спина не держится, мышцы опали, пресса нет как такового, ноги не поднимаются»), о том, что времени нет даже ходить по магазинам («одежду я покупаю в интернете» — благо на ба­летной фигуре все сидит идеально и без примерок), а когда оно есть, в отпуске, то можно сорваться в шопинг-запой («я в первый же день на Кипре просадила все деньги и потом весь отпуск жила на последние пятьсот евро»).

vg_O_Novikova_3_059_.jpg
Хлопковое платье, Gucci.

Вот такая она, будущая миланская Раймонда — графиня, которая играет на лютне, скучает с девственно-почтительным рыцарем-женихом, видит жаркие эротические сны про то, как ее крадет сарацин, и танцует шесть вариаций, сложнее и изысканнее которых нет во всем клас­сическом балете.

«Олеся, на мой вкус, самая гениальная из всех исполнительниц вариаций в балетах Петипа, — говорит Анна Галайда, ведущий эксперт «Золотой маски». — А вот мои попытки оценить Олесю в главных партиях потерпели фиаско: она одинаково сияла своими флорентийскими глазами во всех ситуациях всех балетов. Правда, говорят, она прекрасная Джульетта. И ее Ундина мне понравилась — она была романтической героиней, а не инженю-крестьянкой». Газетные статьи демонстрируют более резкий диапазон мнений. «Раньше меня ругали больше, — с обаятельной простотой признается Олеся, — а потом то ли я получше стала, то ли ко мне уже попривыкли».

vg_3_3.jpg
Эскиз декораций второго акта работы Константина Иванова

Олеся Новикова принадлежит к поколению «после Лопаткиной», а также после Дианы Вишневой и всей плеяды молодых мариинских прим, в ослепительном сиянии молодости которых было не разглядеть недостатков. Да и не хотелось: было ясно, что пишется история. Двадцатисемилетняя Олеся впервые получит этот шанс сейчас, в Милане.

Старинную «Раймонду», последний гениальный балет обрусевшего фран­цуза Мариуса Петипа, ставит в Милане русская команда — более того, команда родом из Мариинского теат­ра. И еще того более — люди, после ухода которых Мариинский балет превратился в унылый окоченелый памятник самому себе времен середины 1990-х — начала 2000-х, блестящего и бурного. Махар Вазиев был тогда главным менеджером балета, Павел Гершензон — аналитиком, а Сергей Вихарев привел новый жанр — реконструкцию старинного русского балета конца XIX века. Собственно, и до Вихарева были люди, которые уверяли, что их ра­боты — реконструкция. Но только у Вихарева слова не разошлись с делом. Он расшиф­ровал хранящиеся в Гарварде подлинные записи хореографии Петипа, сделанные при жизни автора, мас­терские ­Мариинки уселись кроить костюмы столетней давности фасонов с удлиненными юбками и шитыми лифами, мастерить пышные парики, имитирующие укладку по моде времен королевы Виктории.

vg_5_2.jpg
Эскизы костюмов придворных дам, созданные соавтором либретто балета Иваном Всево­ложским

Первой пока­зали «Спящую красавицу». Результат поразил всех, а чувства публики, критиков, артистов, бале­томанов и просто театральных инт­риганов раскололись на любовь и ненависть — равнодушных быть не могло, как если бы поднялась Атлантида. Она сияла раскрашенным театральным гипсом с вкраплениями подлинных бриллиантов и оказалась уютной, как викторианская гостиная — плотно заставленная мебелью, фикусами, подушечками, розочками, рамочками, пуфиками, котиками — по которой классический танец осторожно, но твердо прокладывал себе дорогу. Нашлись, правда, девст­венные души, которые принялись судить, много ли в викторианском стиле вкуса или его нет совсем. И это было бы смешно, если бы не оказалось так опасно.

Второй проект Вихарева, Вазиева и Гершензона — реконструкция «Баядерки» — прорывался на сцену Мариинки, как корабль, затертый льдами: теряя по пути детали оснастки и без уверенности в том, что будет завтра.

vg_2_1.jpg
Эскиз декораций первого акта работы Петра Ламбина

Теперь балеты-реконструкции почти не застать на афише Мариинского театра (впрочем, она вообще оскудела). А эти трое оказались в Ми­лане: Вазиев руководит ба­летной труппой, Вихарев приглашен на постановку. И по тому, как реагирует Павел Гершензон на невинное светское замечание, что «вся ­Москва едет к вам и предвку­шает», понимаешь, какой кровью дались ему те премьеры в Мариинке. Он сжимается, как улитка: «Хорошо там, где нас нет», мол, сидели б вы все лучше дома. Видимо, жизнь в чужой труппе тоже не синекура.

«Я очень благодарна Вазиеву — он в меня поверил», — говорит Олеся. И это не просто слова: ми­ланский профсоюз артистов — то еще осиное гнездо, в которое Вазиев влез голыми руками, чтобы отдать премьеру солистке-иностранке. Она пока репетирует партию Раймонды с Вихаревым в Петербурге. Что тоже само по себе необычно: над женской партией с ба­лериной работает репетитор-мужчина. Но надо знать Вихарева — его беспримерную среди балетных артис­тов эрудицию, его утонченную наблюдательность, его сарказм, точный, как последний штрих на портрете. Нет сомнений — о Раймонде, ее метаниях между мужчинами, о женщинах вообще Олеся узнает от своего ре­петитора больше, чем от всех сиятельных балетных дам вместе взятых. Сама она, человек правильный и ясный, не то чтобы ничего такого не знает — а как бы не приемлет. «Главная задача женщины — быть матерью», — говорит Новикова. Все остальное — и то, что ее ждет успех европейского, а то и мирового уровня, и то, что она имеет все шансы стать лицом нового поколения в балете, — уже само собой разумеется.

еще в разделе Журнал

Джазовый оркестр

Джазовый оркестр

Строгая геометрия форм, этнические мотивы, белое золото, жемчуг и бриллианты – все это приметы возвращения стиля ар-деко.

комментарии /

смотрите ТАКЖЕ

Ужин в честь «Раймонды»
Выход в свет

Ужин в честь «Раймонды»

Виктория Давыдова и другие гости вечера в Trussardi Alla Scala


самое популярное

Ирина Горбачева выходит на большой экран
Новости Ирина Горбачева выходит на большой экран

Суперзвезда инстаграма не хочет больше дурачиться в телефонах

Аксессуар, который все меняет
Выбор VOGUE Аксессуар, который все меняет

С помощью сумок из коллекции Prada разбираемся, как все исправить, просто переодевшись


подписка на журнал

Для Вас все самое интересное
и свежее в мире моды

VOGUE на планшете

Свежий номер журнала
по специальной цене

VOGUE на iphone

Скачайте
по специальной цене!

VOGUE коллекции

Для iPhone
и iPad

Vogue Россия
в Facebook

Vogue Россия
в Vkontakte

Vogue Россия
в Twitter

Видео-канал
VOGUE Россия

vogue россия
в instagram

Instagram

Самые яркие
фото VOGUE.ru