1. Журнал
  2. Журнал
Журнал

Годы жизни

Восьмидесятые вернулись. Ольга Михайловская предлагает революционный взгляд на десятилетие, определившее в моде больше, чем нам кажется

26 Сентября 2012

Годы жизни

Хочу начать с официального заявления: я люблю моду восьмидесятых и буду защищать ее от всех нападок высоколобых эстетов, от всех обвинений в вульгарности и сытости, в излишней деловитости и показной роскоши.

Balmain

В моей любви не может не быть ностальгической составляющей, ведь я помню едва ли не каждую вещь, купленную в то непростое для любителя и ценителя моды время, порой даже могу припомнить цены и людей, у которых эти вещи были приобретены. И я настаиваю, что все эти добытые в боях вещи были красивы. Иначе как объяснить эту тягу к восьмидесятым среди дизайнеров поколения сорокалетних? Уж они-то жили в благополучном буржуазном обществе потребления. Их стараниями восьмидесятые возвращаются вновь и вновь. Романтичные, как у бельгийцев, спортивные, как у американцев, постпанковские — у англичан, ретрогламурные — у французов. Восьмидесятые были очень разными.

Ralph Lauren

«Даллас» и «Династия»



Это двубортные жакеты с золотыми пуговицами, плечистые пальто и большие шапки-папахи. Мода, порожденная фантасмагорическими произведениями Тьерри Мюглера и Клода Монтана. Они вряд ли имели в виду скучных бизнес-леди, скорее похожих на райских птиц и сказочно прекрасных женщин-хищниц. Но откровенная тяга к преувеличению вылилась в то, что мы с тех пор знаем как power dressing — огромные плечи, нижние юбки и, наоборот, корсеты, утягивающие талию и поднимающие грудь.

Dolce & Gabbana

Тогда же вернулось мини, которое, в отличие от милого детского варианта шестидесятых, носило совсем другой, нарочито сексуальный характер. Высоченные каблуки, гигантские украшения и огромные детали — воротники, карманы, воланы и прочие украшательства. Яркие цвета и хищные принты, черный почти исключительно в сочетании с золотом — это была мода экономического подъема, высоких цен на нефть и вожделенного равноправия полов. Кстати, именно в этом году выходит ремейк сериала «Даллас» — посмотрим, придется ли по душе модный стиль восьмидесятых потомкам героев настоящих восьмидесятых.

Mcq

Новые романтики

На самом деле они появились еще на излете семидесятых, вместе с интересом к историческому костюму, а интерес этот принято связывать с успехом фильма Стэнли Кубрика «Барри Линдон» (1975), в котором он с педантичной достоверностью воспроизвел английские интерьеры и костюмы XVIII века.

Кадр из фильма «Амадей» Милоша Формана, 1984

Известно, что Кубрик настаивал не только на подлинных интерьерах, но и на по возможности подлинных костюмах: благодаря этой утопии в моду вошли кружевные блузки с воротниками-стойками, бархатные бриджи, башмаки с пряжками, жабо и пышные рукава с оборками на запястьях. Жемчужинами и камушками расшивались платья, футболки и ангорские джемперы. Новый романтизм был реакцией на панковскую неумытость и презрение к красоте — а фильм Милоша Формана «Амадей» подогрел эту тенденцию. Эстеты хотели наряжаться.

Marc Jacobs

Сороковые

Вышедший в 1980 году фильм Франсуа Трюффо «Последнее метро» с Катрин Денев и Жераром Депардье породил увлечение военными сороковыми — жесткими и бескомпромиссными, со странным смешением мужественного и женственного. В моду вошли приталенные жакеты с басками, широкие плечи, жесткие кожаные ремни на манер военных, каракулевые шапки с кокардами и брошки-ордена, френчи с накладными карманами и шляпки-пилотки. Вошло в моду и сочетание наивных платьиц в цветочек с мужскими жакетами — и это было предвестие гранжа.

из

Etro

Синди Саксена в Yves Saint Laurent, 2007

Flashdance

У нас все помнят аэробику и Джейн Фонду в ее гетрах и гимнастичес­ких костюмах неоновых расцве­ток, но фильм 1983 года Flashdance, в котором героиня Дженнифер Билз демонстрирует едва ли не полный гардероб тех самых спортивных восьмидесятых, у нас практи­чески неизвестен.

Дженнифер Билз в фильме «Танец-вспышка» Эдриана Лайна, 1983

Однако именно там героиня носила свободный, небрежно сползающий с плеча джемпер, короткие юбки из мягкого текучего трикотажа, объемные топы с рукавом «летучая мышь», без которого силуэты восьмидесятых так же немыслимы, как и без жесткого широкого плеча. Объемные трикотажные брюки, наподобие тех, что балерины надевают на разминку, вошли в повседневный гардероб именно тогда.

из

Donna Karan

John Galliano

Постпанк

Панк остался в неблагополучных мятежных семидесятых, бывшие панки остепенились, переженились и растят детей. На вырождавшейся панк-эстетике зародился интерес к пасмурной, но вполне буржуазной готике и вполне пристойному рокабилли. Панковские ирокезы превратились в залитые лаком валики надо лбом, военные штаны и дырявые футболки — в аккуратные черные костюмы, абсолютно бесполые, но от того не менее элегантные. Иконой постпанка был и навсегда останется Дэвид Боуи, равно как иконой неоромантиков был Бой Джордж.

из

Chanel

Бой Джордж, 1990

Восьмидесятые оказываются не догматичными, а куда более гибкими, чем мы привыкли думать. Обвинять их в вульгарности — значит просто не понимать, что они были поистине революционным десятилетием. Именно восьмидесятые заложили фундамент современного понимания моды не как жесткой тенденции, а как настроения, в рамках которого тенденции — это всего лишь частность. Подобное отношение к моде стало возможным в эпоху, незаслуженно оклеветанную псевдоинтеллектуалами как чуть ли не тоталитарную. Но мы-то с вами не принадлежим к их числу?

из

Jean Paul Gaultier

Chloé

комментарии

подписка на журнал

Для Вас все самое интересное
и свежее в мире моды

VOGUE на планшете

Свежий номер журнала
по специальной цене

VOGUE на iphone

Скачайте
по специальной цене!

VOGUE коллекции

Для iPhone
и iPad