You are viewing the Russian Vogue website. If you prefer another country’s Vogue website, select from the list

  1. Новости
  2. Новости

Закрытие Shop & Bar Denis Simachёv

Как Москва провожала любимый «Симачев»-бар

Закрытие Shop & Bar Denis Simachёv

Таисия Румянцева и Арсений Казимиров

В ночь с воскресенья на понедельник Москва попрощалась с «Симачевым» — серебряные конфетти кружатся по Столешке до сих пор. Танцы до раннего утра в будний день, подносы знаменитых арбузных шотов, три пиццы с лососем за каждый стол — так мы провели первую неделю апреля и последнюю неделю жизни бара.

«Симачев» закрывается — воспоминания остаются. Если не в голове, закружившейся от коктейлей, то на фотографиях — в том числе, конечно, на «полароидах» Алены Чендлер, без которых вечеринка — не вечеринка. В последние дни работы бара Алена сняла постоянных посетителей с одной из главных симачевских «достопримечательностей» — пиццей с лососем, и без нее. А герои ее снимков еще раз рассказали о том, за что «Симачев» полюбили: как встречали здесь любовь на ночь и на всю жизнь, как танцевали вечерами напролет и падали с лестниц в толпу. Мы считаем, для «Симача» много воспоминаний не бывает.

Игорь Вдовин и Денис Симачев
Игорь Вдовин и Денис Симачев
Маша и Сергей «Оранж» Плешаковы
Маша и Сергей «Оранж» Плешаковы

Маша Плешакова (Северина)

Мы познакомились с мужем (Сергей «Оранж» Плешаков, арт-директор Shop & Bar Denis Simachёv. — Прим.) 10 лет назад — в баре. Через три года поженились — тоже в баре. Еще через два праздновали там день рождения нашего сына. Наша семья там обосновалась, можно сказать. Это второй дом, да. И очень большая часть моей жизни — примерно треть. Конечно, мне очень грустно.

Наша свадьба была одним из самых счастливых моментов в моей жизни. Директор сделал нам подарок — закрыл для нас бар. Это был будний день, вторник или среда. Сначала мы устроили ужин для близких родственников, потом позвали друзей. Пришло около ста человек, было тепло и весело. Все по очереди играли — Леня Липелис, Леша Киселев, Марк Щедрин, Козак. Говорили тосты в микрофон, танцевали. Свадебный танец наш был прямо на танцполе с мозаикой перед диджейской стойкой... 1 ноября 2011 года — это был классный день.

Все хорошее когда-нибудь заканчивается, будет что-то еще лучше. Я рада, что завершается все на приятной ноте. Весь месяц здесь столько людей. Так приятно, что они любят это место. Кто-то говорил: «Ой, «Симачев» уже не тот, публика не та». А мне здесь всегда хорошо. Публика, конечно, менялась. Многие перестали ходить. Появились другие — тоже классные. Бар никогда не боялся молодежи, новых людей: если бы ходили туда одни и те же, «Симачев» бы давно загнулся. А он постоянно подпитывался этой юной энергией, и потому продолжал жить.

Ольга Самодумова и Мария Плешакова
Ольга Самодумова и Мария Плешакова
Дмитрий Харламов
Дмитрий Харламов

Дмитрий Харламов (Дима-фэйсер)

12 лет здесь прошли, как один день: я пять лет сначала охранником тут работал, так всех и запомнил. Для меня это место стало домом, я ему предан, потому что руководство очень хорошее. А внутрь на вечеринки я не заходил ни разу— это мир порока. Я человек семейный, живу во Владимирской области, у меня двое детей.
Угрожали мне постоянно. Мир у нас безнаказанный: если у кого-то много денег или родители богатые, они считают, что они — боги и что им все можно. Ну и деньги предлагали часто тоже. Самая крупная сумма, которую мне пытались дать, чтобы в бар пройти, — две тысячи долларов. Я этого человека, конечно, не пустил. Я всегда смотрю на людей и вижу по манере разговора, «звездные» они или нет. Потому что «звездных» у нас тут нет, только свои.

Я служил на севере на атомной подводной лодке, так что морозы мне нипочем: я зимой когда здесь стою, не мерзну. Я бы всем посоветовал прислушиваться к трезвым и взрослым, а то пьют здесь как в последний раз, пьют на кредитные карты, пьют на то, чего у них нет. Приходят сюда принцессы, а потом находишь их в обнимку с унитазом в туалете.

Дмитрий Викулин, Наталия Туровникова, Ольга Самодумова и Давид Мотта Соарес
Дмитрий Викулин, Наталия Туровникова, Ольга Самодумова и Давид Мотта Соарес
Вадим Ясногородский, Наташа Догадина, Максим Ливси и Эва Вострокнутова
Вадим Ясногородский, Наташа Догадина, Максим Ливси и Эва Вострокнутова

Вадим Ясногородский

Черный день календаря, конечно, это закрытие «Симача»... Но, с другой стороны, мы не увидели дряхлеющего, теряющего потенцию старика. Он уходит бодрым, сильным и красивым.

Марк Щедрин и Маша Федорова
Марк Щедрин и Маша Федорова
Максим Ливси и Наташа Догадина
Максим Ливси и Наташа Догадина

Наташа Догадина

В баре мы в 2008 году встретились с Максимом (Ливси — Прим.). До этого мы с ним ходили сюда по разным дням и не встречались: он с друзьями по четвергам, после бани, я с подругами — по пятницам. Но однажды кто-то из нас перепутал день — так мы и встретились. У нас была большая компания, в баре мы проводили каждую неделю, начиная с четверга и заканчивая субботой. Ходили на обед, заезжали после других вечеринок и дней рождения. И так пару лет, пока многие не поженились и не родили детей. Только в нашей компании образовалось три семьи. В баре мы были счастливы! Это было для всех свободное и беззаботное время. Было много рома с колой, арбузных шотов, танцев на столах, висения на шторах на танцполе, падений с поездками в травматологию, потерь айфонов и одежды.

Мы взрослели с баром. 12 лет — это большой отрезок времени, там случилось много приятных событий и знакомств с теми, с кем мы продолжаем дружить. С «Симачем» связана молодость, а с ней всегда тяжело расставаться. Поэтому вчера были слезы на танцполе.

Таня Стычинская
Таня Стычинская
La Roux и Михаил Друян (из архива)
La Roux и Михаил Друян (из архива)

Михаил Друян

Вряд ли кто-то может похвастаться тем, что был когда-то гардеробщиком «Симачева». А я был: это случилось на Orange Party с La Roux, куда пришло столько людей, что мы с Михаилом Семеновичем бросились освобождать проход в кухню, чтобы там хотя бы вешать одежду. И я никак не могу забыть, как мы к утру, часа в четыре, танцевали с La Roux — вот этой рыжей, невозможно классной англичанкой, похожей на Тильду Суинтон. Она была в костюме из одной из первых коллекций Denis Simachev, который ей Михаил Семенович подарил, будучи невероятно очарован ее выступлением.

Пик абсолютной радости в стенах «Симачева» у меня пришелся на ночь, когда я там праздновал свой 33-й день рождения. Это было прекрасно, круто, уникально. Только там мог сложиться такой микс: Алена Долецкая, Рената Литвинова, Сати Спивакова, Леонид Аркадьевич Десятников... Это был единственный раз, думаю, когда великий русский композитор пришел в Shop & Bar Denis Simachёv, не будучи уже музыкальным руководителем Большого театра.

Это вообще был в своем роде уникальный бар. Вот тебе кажется порой, что ты много людей знаешь. Всех. А потом ты оказываешься в «Симачеве» и понимаешь, что, несмотря на всю твою насмотренность, вокруг снова новые, незнакомые, красивые и общительные люди. И это самое хрупкое, что может быть в таком мегаполисе, как Москва. Но я не буду скучать по «Симачеву». Все хорошее когда-нибудь заканчивается, у меня нет никакой ностальгии. Оранжу с Михаилом Семеновичем эта встряска только на пользу пойдет — ждем нового витка.

Надя Михалкова и Наташа Гольденберг
Надя Михалкова и Наташа Гольденберг
Дарья Малыгина
Дарья Малыгина

Дарья Малыгина

С кем мы только не целовались в «Симачеве» и не запирались в туалетах — а кто нет? Как-то я совратила там невероятной красоты пацана, увезла домой, а на следующий день мы встретили в баре еще и его друга. Я решила развести их на групповушку, и на вторую ночь увозила к себе уже обоих — они на несколько следующих дней у меня поселились. А потом вернулись в Киев — я их до аэропорта проводила. Не знаю ни одного человека, у которого бы не случился роман в баре. Моя мама со своим парнем замутила на лестнице симачевской: они уже шесть лет вместе. У нас с Петей Прохоровым все тоже на лестнице закрутилось. Обычно ко мне либо боятся подходить, либо делают это неуклюже, а он просто схватил меня и начал целовать — уверенно и дерзко.

Неловко наутро мне никогда не бывает. Бывает только похмелье — и еще какое! А так я хулиганю, конечно, но отдаю себе в этом отчет — ну да, ведь мне нравится хулиганить. Моя любимая история — про елку, которую я украла со Столешки. Бар тогда закрывался на несколько месяцев, так что на открытии была дикая толпа. Мы прорвались к бармену кое-как, заказали с Гошей Карцевым по четыре лонг-айленда на каждого и «убрались» ужасно. Я очень хотела домой елку, и мне приспичило украсть ее со Столешникова переулка. Каждую, которая попадалась мне на пути, я пыталась схватить, но все были неподъемные. Только в самом конце переулка я все-таки одну выдернула, засунула в такси, заорала таксисту: «Давай по газам, погнали!» И мой друг, пока я ела у подъезда шаверму, потом затаскивал эту тяжеленную елку ко мне в квартиру.

Из «Симачева» я ничего особенного не крала. Как-то украла пепельницу и очень хотела стащить молочник в виде коровы. В какой-то момент подошла к Сереже и говорю: или я украду ее, или ты мне такую закажешь! Ну он и заказал. Я ее месяца три ждала, получила, а потом оказалось, что точно такие же продаются в итальянской лавке в моем доме. Но все равно просто купить было бы не то.

Дарья Малыгина и Петя Прохоров
Дарья Малыгина и Петя Прохоров
Ольга Самодумова и Александр Терехов
Ольга Самодумова и Александр Терехов

Ольга Самодумова

Не могу сейчас представить наперед, как буду чувствовать себя, если не станет моей любимой хохломской коробочки. Ведь сейчас мы тут, и все счастливы! А что будет завтра, никто не знает. Я знаю точно только одно — все, абсолютно все к лучшему, и если пришла пора чему-то закончиться, значит, пора чему-то новому родиться. Всему свое время. Мы тоже открывали свой бар на месте «Москва-Берлин» — кафе, которое многие любили. Я сама хорошо знала ребят, которые его создали... Но пришло время, и мы заняли их место. Я, кстати, никогда не думала об их чувствах. А теперь и наше время, значит, пришло... Или еще нет. И тогда бар, как в сказке, не закроется: чудеса же случаются!

Но если уж сильно постараться и представить, что все, это финал, то мне будет очень-очень сильно не хватать этого места — машины времени для меня. Напоминалки, что все это был не сон. Ведь это последнее, что связывало меня с нашим прошлым — брендом Denis Simachev, который мы основали в 2001 году, вложив в него все, что у нас было: наши силы, мечты, драйв, смелость, амбиции, безумные идеи, здоровье. Спасибо всей команде бара за то, что несли этот суперзаряд столько лет, хотя бренда одежды давно уже не существовало.

У нас действительно получилось настоящее место силы и любви. И мне бар тоже подарил встречу с любимым человеком, так что я всегда шутила, что не зря его построила.

Ольга Самодумова
Ольга Самодумова
Лия Серж, Андрей Артемов, Юлианна Сардар
Лия Серж, Андрей Артемов, Юлианна Сардар

Андрей Артемов

Показ в «Симачеве» (в четверг в Shop & Bar Denis Simachёv прошел показ Walk of Shame — Прим.) — наш трибьют бару. Основное мероприятие в этом сезоне у нас уже было в Париже, впервые в официальном расписании Недели моды. А этот показ мы придумали и организовали за четыре дня, потому что решили проститься, отдать дань этому месту. И одновременно поздравить моего друга Лешу Киселева с днем рождения, потому что — он неотъемлемая часть моей марки. Бренд Walk of Shame родился в другом месте, но в баре для него очень много всего было придумано и сделано. И самих «волк оф шэймов» здесь было много.

Все ночи в баре были великими, особенно первые три года. Это было невероятное место энергии, мы бежали по вечерам сюда, спуская все свои гонорары, а отсюда шли на работу. Мы здесь проводили, без шуток, 7 дней в неделю. У меня никогда не было мысли, что после какой-то ночи меня сюда больше не пустят — я всегда считал, наоборот, что все, уж теперь меня вообще отсюда никогда не выгонят! После разбрасывания чужих денег на танцполе, горения в камине, танцев на барной стойке. Каждая вечеринка здесь была кино отдельное.

Некоторые вещи словами просто не опишешь. Это вопрос про магию, которая случается или не случается, — вот здесь случалась. Здесь танцевали всегда по-настоящему, ни на кого не обращая внимания. Таких танцев не было больше нигде. Такой атмосферы, музыки. И такого места больше нет в принципе.

Дмитрий Викулин, Андрей Артемов, Давид Мотта Соарес и Наталия Туровникова
Дмитрий Викулин, Андрей Артемов, Давид Мотта Соарес и Наталия Туровникова
Даша Яструбицкая
Даша Яструбицкая

Даша Яструбицкая

Когда мне стало хватать денег не только на фалафель, я начала постоянно заказывать в баре лосось лакс — и с завидным постоянством ела его на протяжении всех этих лет. Мне Оранж однажды даже сказал: «Дусь, если ты то, что ты ешь, то ты — лосось лакс». Я заказывала его больше, чем местную самую популярную пиццу! И пару дней назад произвела с ним прощание: поплакала, перекрестила и съела в последний раз. Ладно, на самом деле съела потом еще раз ночью.

Многие хотят что-то из «Симачева» получить на память. Я понимаю это желание, но буду скучать по бару в целом, а не по каким-то его составляющим. Не по еде, не по элементам интерьера. Вот я набрала себе кучу открыток этих — разве они мне «Симачев» вернут? Это место в городе, где каждому, независимо от статуса или финансового положения, всегда было комфортно. Поэтому сюда все и приходили: и светские дамы, и пляшущие в данный момент на столах редакторы, и скейтеры, и дяди со своими девицами, и мои друзья — все чувствовали себя комфортно и к месту. Стараниями Миши Гречанникова и Оранжа — спасибо им. И это главный бонус этого пространства — был, есть и всегда будет.

Даша Яструбицкая
Даша Яструбицкая
Юля Трухина
Юля Трухина

Юлия Трухина

В «Симачеве» мы с Вадиком познакомились шесть лет назад. Тогда еще веранда была на улице, и кальяны на ней курили. Это был Fashion's Night Out, мы с подружкой в баре — наверху, где магазин, пили водку с перцем. А там как раз работал Вадик. Парень он видный, я его сразу заметила. А потом, уже через сколько-то часов, когда все вовсю внизу веселились, в толпе снова увидела. Вот и все наше феерическое знакомство. Всю ночь танцевали.

А прошлым летом я с того же третьего этажа, где магазин, свалилась прямо в толпу, как рок-звезда. Решила, что там прикольно танцевать — и упала. Потом просила прощения и покупала напитки алкогольные девушкам, которых задела. Еще мы как-то подрались в «Симачеве» с Настей Баташовой, моей подругой, и нас выводил охранник. Он нас вывел и говорит: «Девчонки, ну что это вы?» — и я уже подумала, что все, больше меня сюда не пустят уже. Мы пришли в следующий раз — и охранники смотрели на нас строго, как папы, но все равно пустили. Только сказали вести себя хорошо. Мы же с Настей подружки, просто такая вот оказия вышла.

Юля Трухина и Вадик Шафаков
Юля Трухина и Вадик Шафаков
Юля Трухина и Вадик Шафаков
Юля Трухина и Вадик Шафаков

Вадим Шафаков

Я чаще вспоминаю время, когда еще в «Симачеве» работал: эти вечера мне как-то больше запоминались. По выходным я, например, днем работал, к ночи спускался вниз, гулял, а на следующий день мне нужно было снова выходить. Так что я либо ехал домой и с похмельем жутким возвращался обратно в бар, либо там же и оставался спать. Спать было сложно: до шести утра играла музыка громкая, но зато никуда ехать не надо.

Марк Щедрин и Леонид Липелис
Марк Щедрин и Леонид Липелис
Леонид Липелис
Леонид Липелис

Леонид Липелис

Свой первый сет в «Симачеве» я помню, конечно. Дима Японец поймал меня в «Солянке» и невзначай говорит: «Поиграешь перед нами в «Симачеве?». А я в Москве толком и не играл еще, в бар заходил от силы пару раз, не пускали. Я решил не говорить никому из друзей, что играть буду, так волновался. Но Марк (Щедрин — Прим.) все равно в этот вечер забрел в «Симачев» сам и очень потом обиделся, что я его не позвал. А вообще это было, конечно, мощное впечатление: все красивые, танцуют, алкоголь реками льется, — до этого я такого в подобных масштабах не видел.

Мне тогда был 21 год. Но даже сейчас, спустя 10 лет классных вечеринок, уже покатавшись по миру, я все равно думаю, что «Симачев» — лучший бар на свете. Государство в государстве. Место встреч. Тут вообще кого угодно можно было увидеть. Однажды кто-то притащил Элайджу Вуда после спонсорской вечеринки, где он играл, — Вуд вообще серьезный коллекционер винила, но приглашают его, естественно, как селебрити. Так вот, он поиграл полчаса в субботу и сам попросил бесплатно во вторник поиграть с другом всю ночь — главное, без афиш и рекламы, для своих. Слухи как-то разошлись, и в итоге был полный танцпол девушек — ну и нас парочка, музыкантов. Так он потом в конце вечера со всеми обнимался ходил. Многие мои музыкальные достижения тоже почти напрямую связаны с баром: мои главные пластинки выходили на лейблах, с владельцами которых я здесь и познакомился, Оранж всегда привозил интересных артистов, которых нигде больше не послушать.

Безумных историй у меня нет: я всегда пил скромно, никогда не буянил. И от других отличаюсь, наверное, тем, что у меня нет историй про секс в туалете, но я тут живу рядом, вверх по улице, так что зачем? Мы переехали сюда в 2010-м, по сути случайно. Я даже и не думал особо, что бар рядом. А потом оказалось, что это соседняя дверь. И в эту дверь не зайти невозможно. Теперь я задумался о переезде, конечно, не то чтобы всерьез, но мысль появилась. Для меня центр города это не Красная площадь, а «Симачев». И я теперь не понимаю, куда этот центр переедет.

Леонид Липелис, Наталия Туровникова и Марк Щедрин
Леонид Липелис, Наталия Туровникова и Марк Щедрин
Тимофей Смирнов
Тимофей Смирнов

Тимофей Смирнов

Безумных вечеринок было много. В голову сразу приходит день рождения Оранжа лет шесть-семь назад. Приезжали диджеи со всего мира, и в какой-то момент на диджейке, которая в «Симачеве» рассчитана даже не на двоих, а на полтора человека, людей оказалось шесть. Еще свадьба была классная у Оранжа. Вообще «Симачев» для меня не столько про дикие вакханалии, хотя они по-прежнему здесь каждые выходные, сколько про семейные, личные моменты. Я со своей девушкой там познакомился, с которой мы живем счастливо четыре года. Встретились мы в «Солянке» все-таки, но завязалось все в «Симаче». Это было какое-то лето, и все сидели напротив бара на ступеньках: внутри было дико тесно, так что мы захватывали пространство вокруг уже. Еще потрясающая была сзади веранда, где было клево сидеть с детьми. По выходным все развеселые пьяные диск-жокеи, а по будням — прилежные отцы с колясками.

Сергей «Оранж» Плешаков, Гриша Нелюбин, Игорь Вдовин и Денис Симачев
Сергей «Оранж» Плешаков, Гриша Нелюбин, Игорь Вдовин и Денис Симачев

Дарья Косарева

Моя жизнь тесно связана с баром: в расписной шкатулке в Столешниковом драматично обрывались и не менее драматично завязывались мои отношения, обретались и терялись друзья и приятели, буквально в этих кабинках с красными бархатными шторами я перековалась из рядового работника глянца в свободного предпринимателя.

Не было в Москве другого такого места: здесь волшебным образом исчезали все твои комплексы и проблемы, а ноги сами вели тебя на микротанцпол. Впервые попав в бар, ты обалдевал от количества красивых, разношерстных и самобытных людей: тем интереснее было их, малознакомых, встречать при дневном свете и чувствовать себя сообщниками преступления против скуки и серости. В горе и радости пицца с лососем, арбузные шоты и веселая толпа были с тобой: свадьбы и разводы, дни рождения и похороны, карьерные взлеты и падения, вечер буднего дня и искристые уик-энды — в любой непонятной ситуации просто иди в «Симачев». Спасибо за все, я буду очень скучать.

Дарья Косарева и Тимофей Смирнов
Дарья Косарева и Тимофей Смирнов

Алексей Ермилов

Я ходил в «Симачев» как на работу с 2007 года: сначала дискотеки Феди Фомина, которые в лужковские времена были андерграундом, затем вечеринки по пятницам с привозными диджеями. В одной из кабинок они маркером расписывались на кафельной плитке. По этим граффити сейчас можно прочесть летопись бара. Я буду плакать, когда экскаватор занесет ковш над этой пожелтевшей стенкой. Утром «Симачев» приводил себя в порядок и становился местом для завтраков. Днем обед — за генеральским столом, накрытым прямо на танцполе, или за коммунальным, с рукомойниками. Вечером свидание с невестой. И так 12 лет.

Закрытие бара надо принять стоически, как новость о том, что твой любимый ситком не продлили на следующий сезон. С одной стороны, кидаешься писать петицию, чтобы вернули обратно, с другой, понятно, что и актеры уже устали, и реквизит истрепался, и шутки повторяются. «Симачев» делают талантливые люди, которые обязательно создадут что-то новое и прекрасное. Все будет хорошо.

Дарья Косарева, Евгений Мурушкин и Алексей Ермилов
Дарья Косарева, Евгений Мурушкин и Алексей Ермилов

Евгений Мурушкин

У меня острая аллергия на рыбу и яичный белок, но жить это особенно не мешает. Причины сожалеть об этой моей особенности всего две: пицца с лососем в «Симачеве» и виски-сауэр, который здесь делают по классическому рецепту, с яйцом. И если от коктейля я задыхаюсь, но пью, то пицца так навсегда и останется для меня терра инкогнита.

Жаль, конечно, что бар закрывается. В голове не укладывается. Кажется, что на четырех квадратных метрах танцпола раньше было старинное индейское кладбище — мне нигде не было так хорошо.

DJ Wolfram и Сергей «Оранж» Плешаков
DJ Wolfram и Сергей «Оранж» Плешаков
Наталия Туровникова
Наталия Туровникова

Наталия Туровникова

Я тут танцевала с папой и играла музыку с его пластинок. Я тут очень сильно любила и плакала от разбитого сердца. Я часто не знала, как оказывалась после вечеринок дома. Официанты знают, за какой стол принести бокальчик шампанского в любое время дня и ночи, меня ловили со всех столов. Тут сказочный танцпол, как из телевизора в детстве, а ступеньки, как на фестивале в Сан-Ремо 1984 года. Тут все было по любви — даже слезы.

Я до последнего боялась, что меня не пустят в бар. Диме охраннику безумно благодарна за то, что он заботился обо мне, как о родном человеке. Трепетно храню в сердце его слова.

Наталия Туровникова
Наталия Туровникова
Гоша Рубчинский, Вика Газинская, Герман Ларкий и Андрей Артемов (из архива)
Гоша Рубчинский, Вика Газинская, Герман Ларкий и Андрей Артемов (из архива)

Вика Газинская

After-party десятилетия бренда Vika Gazinskaya, конечно же, было решено устроить в баре. Нам всем дико хотелось петь дурацкие, душераздирающие песни в караоке. И разумеется, только в «Симачеве» можно было такое устроить, — все благодаря Сереже Оранжу — он заказал плазму и караоке-установку на один этот вечер. Плазму повесили ровно над диджейкой первого этажа. Пели Киркорова «Немного жаль», «Снег», Queen «We are the champions» и Диму Билана. Оранж сказал, что такое могло случиться только потому, что попросила я — иначе бы никогда «и духа караоке не было бы в «Симачеве».

Виталий Козак
Виталий Козак
Симона Куст
Симона Куст
Сергей и Александр Липские
Сергей и Александр Липские
Валентина Немченкова
Валентина Немченкова
Павел Табаков
Павел Табаков
Александр Липский
Александр Липский
Ирина Мартыненко и Михаил Хасая
Ирина Мартыненко и Михаил Хасая
Александр Паль и Марк Щедрин
Александр Паль и Марк Щедрин
DJ Wolfram
DJ Wolfram

Больше фото смотрите на нашей странице в Facebook.

Виталий Козак и Татьяна Стычинская
Виталий Козак и Татьяна Стычинская
комментарии