Мода

Почему, чтобы стать успешной моделью, нужно повзрослеть

И чем опасен модельный бизнес

В последнее время все чаще говорят о жестоких правилах модельного бизнеса: сперва это касалось чрезмерной худобы, затем на повестку дня поставили вопрос о возрасте моделей. В начале года издательский дом Condé Nast International опубликовал официальный кодекс поведения, где первое правило было не приглашать моделей младше 18 лет к участию в съемках. Исключения, безусловно, есть, но и они строго регламентируются документом. В преддверии нового модного сезона Vogue решил разобраться, почему именно сейчас в индустрии происходят глобальные изменения и к чему это приведет.

Паше Гаруле — модели из Киева — было всего 15 лет, когда скаут связался с ней через Instagram и предложил попробовать себя в качестве модели. Школьница даже не задумывалась о чем-то подобном, но по настоянию мамы согласилась. Вскоре был подписан контракт с одним из киевских модельных агентств, и Паша уехала в Париж участвовать в показе Balenciaga. «Я тогда даже не знала, что такое Balenciaga», — признается девушка.

После Парижа был Токио, где она жила в модельных апартаментах с другими девочками, самой младшей из которых было всего 13 лет. Распорядок дня был напряженный: с раннего утра до вечера их возили с одного кастинга на другой. «Иногда было весело, но главное, о чем я думала — как заработать денег», — вспоминает Паша. В китайской модной Мекке Гуанчжоу съемки для каталогов онлайн-магазинов одежды шли одна за другой — бывало, Паше приходилось менять по 100 образов в день. «Я чувствовала себя так, будто кто-то помыл мною пол, а потом просто выбросил».

Что самое поразительное — история Паши Гарули не уникальна. Кара Тейлор начала работать моделью в 14 лет. Имаан Хаммам скаут заметил в 13, а Андреа Дьякону — нетипично высокая для своего возраста девочка — попала в модельный бизнес вовсе в 11 лет. Этим моделям повезло — они «выстрелили» и сделали карьеру, но они скорее исключение из правила. Большинство их юных коллег так и продолжают в бешеном темпе сниматься для китайских каталогов и со временем просто выгорают.

Мода и молодость всегда шли рука об руку, но постоянный поиск новых модельных лиц происходит на высоких скоростях. «Многим из них так и не суждено стать звездами», — говорит Ангус Мунро, кастинг-директор показов Rick Owens и Isabel Marant. Такая система — естественный ход развития индустрии, но ее можно изменить.

Вернемся снова к кодексу поведения Condé Nast. Согласно ему, на площадке для моделей должны быть созданы комфортные условия: отдельная закрытая зона для переодеваний и контроль, чтобы во время съемок позы и одежда не были откровенными. Это некая расплата за грехи прошлого — во многом именно глянцевые журналы ответственны за то, что подростки стремятся выглядеть взрослее.

Когда Брук Шилдс в 1980 году украсила обложку февральского Vogue, ей исполнилось 14 лет — это был беспрецедентный случай. Модели до сих пор лезут из кожи вон, чтобы заполучить заветную обложку или съемку в известном журнале. Переписать прошлое нельзя, но изменить будущее возможно.

Генеральный директор Совета модных дизайнеров Америки (CFDA) Стивен Колб считает, что минимальный возраст моделей необходимо поднять с 16 до 18 лет. «Девушки должны сами решать, хотят они работать в этом бизнесе и в ритме, который требует индустрия, или нет».

Наоми Кэмпбелл пришла в моделинг в середине 1980-х, будучи 16-летним подростком. Однако тогда она и ее коллеги делали только по два сезона в год и имели возможность учиться и жить обычной жизнью. Агенты были очень избирательны и подписывали контракты с немногими, помогая им построить успешную карьеру. Модели дружили с дизайнерами, и участие в шоу, а также специально подобранные образы им были гарантированы. Сегодня отбор моделей происходит по принципу, влезут они в готовое платье или нет.

«Все решают цифры, — говорит Крис Гэй, сооснователь компании Elite World Group, в которую входит и агентство Кендалл Дженнер Society Management. — Бренды хотят видеть на своих показах 40–50 девочек, и естественно, на индивидуальный подход к каждой не хватает времени. Тинейджеры, чьи фигуры еще не успели окончательно сформироваться, идеально подходят для крошечных образцов одежды».

Примечательно, что агентства DNA Models и Society Management перестают предоставлять на показы, проходящие на территории Северной Америки, моделей младше 18 лет (DNA Models делают исключение только для тех, кто уже участвовал в показах). Руководство агентств надеется, что коллеги в других странах последуют их примеру: «Давайте вспомним время, когда модель была музой дизайнера, а не вешалкой для одежды».

Когда подиумом помимо Наоми Кэмпбелл правили другие фигуристые супермодели вроде Линды Евангелисты, Кристи Тарлингтон и Синди Кроуфорд, в мире начались серьезные политические и социальные перемены. После падения железного занавеса из бедных стран Восточной Европы стали выезжать высокие и худые девочки, для которых моделинг был билетом в счастливую жизнь. «Это был поворотный момент, — считает дизайнер Анджела Миссони. — Словно модели с дизайнерских скетчей вдруг обрели плоть и кровь. Вероятно, именно тогда и появилось понятие, как семпл-размер. Инициатива шла не со стороны дизайнеров. На кастинги стали приходить суперхудые девушки — мы просто адаптировались».

Отныне у дизайнеров не было необходимости платить моделям тысячи долларов за показ — вместо нескольких моделей, которые переодеваются за кулисами в процессе шоу, можно нанять десятки девушек и не тратить зря время (и деньги). По словам кастинг-директора Джеймса Скалли субтильные модели стали для стилистов отдушиной — любые вещи смотрелись на них выигрышно.

В фантазиях подростков моделинг выглядит работой мечты, но в реальности все иначе. «Это жестокий бизнес, — говорит соосновательница агентства Mother Model Management Мэри Кларк. — Никто не дает никаких гарантий. Моделям придется пережить много отказов и критики, и важно быть к этому готовым».

Такие агентства, как Mother Model Management, внимательно курируют своих подопечных и строят их карьеру шаг за шагом. К сожалению, в таком формате работают далеко не все. В модельном бизнесе много недобросовестных агентов, которые не считают нужным беспокоиться за чувства девушек и используют их как расходный материал для получения прибыли.

«Когда мне было 14 лет, фотографы просили меня сниматься топлес, — вспоминает Андреа Дьякону. — Случались рабочие смены по 20 часов, во время которых у меня даже не было возможности нормально поесть. Один менеджер говорил, что мне нужно ходить по клубам и заводить связи». Дьякону рассказывает, что на таких вечеринках моделям часто предлагают алкоголь и наркотики, и не у всех есть смелость или сила воли отказаться.

«Они дети, которые пытаются найти свое место в мире, — говорит психотерапевт Мария Брюс, которая работает с моделями. — Когда они жалуются, что устали, им советуют повзрослеть и обращаются так же, как со взрослыми людьми». Подростки не понимают, как отказать в некорректных просьбах со стороны съемочной команды или работодателя — большинство предпочитают просто молчать. Итог неутешительный: низкая самооценка, навязчивые мысли, тревожность, депрессия.

Как только фигура меняется и приобретает более женственные формы, модели оказываются на обочине индустрии. Есть те, кто продолжают работать, но это редкость. У Имаан Хаммам подтянутая фигура, но бедра не соответствуют заявленному стандарту в 86 см, поэтому она так редко участвует в показах. «Меня много раз приглашали на шоу, но после примерок отказывали. Я пыталась заниматься спортом, правильно питаться, но в какой-то момент мне это надоело. Я такая, какая есть».

Печальнее всего то, что все эти юные модели на подиумах не имеют ничего общего с реальными клиентками брендов. Впрочем, ситуация начинает меняться к лучшему. Дебютное шоу креативного директора Chloé Наташи Рамсей-Леви открывала модель София Коэлла, чьи параметры не соответствуют подиумным стандартам. Дизайнер признается, что создание образов под каждую модель требует больше времени, и, возможно, в будущем стоит переключиться на замедленный график подготовки шоу. В этом есть весомая доля правды: пока модный ритм остается сумасшедшим, не стоит ждать серьезных перемен.

Положительная тенденция, конечно, есть. Оливье Рустен и Вирджил Абло, например, голосуют за индивидуальность и разнообразие на подиумах — важен не объем бедер, а посыл, который модели несут публике. Возрастной ценз — следующий вопрос, который необходимо решить. И возможно, это заставит индустрию пересмотреть свой потребительский подход.

Подпишитесь и станьте на шаг ближе к профессионалам мира моды.

Фото: Getty Images, Indigital

Читайте также

Радости жизни

Condé Nast планирует достичь углеродной нейтральности к 2030 году

Мода

Вещь дня: домашний «халатик» Balenciaga