Парижская свадьба Камиль Шарьер платье из винтажного кружева ресторан Maxims и дух «ревущих двадцатых»

Парижская свадьба Камиль Шарьер: платье из винтажного кружева, ресторан Maxim’s и дух «ревущих двадцатых»

Любуемся кадрами с праздника

Шарьер всегда любила Париж в декабре. «Мы прекрасно понимали, что ковид может постучаться в любой момент, поэтому и решили праздновать в городе, где живет вся семья. Худшим сценарием при таких вводных стала бы маленькая церемония в кругу родных, лучшим — шумная вечеринка со всеми самыми близкими», — рассказывает невеста. Выбор пал на Мэрию VI округа, там незадолго до своей смерти жила мама Франсуа.

Как бывает с большинством свадеб сегодня, многие приглашенные отменяли свой приезд в последнюю минуту. Жениха и невесту это не радовало, но они держались стойко, потому что заранее знали, чего ждать. Перед началом торжества гостей обязали пройти ПЦР-тесты. «Мой дедушка очень хотел присутствовать на церемонии, и я решила исключить все риски», — говорит Камиль.

Процесс планирования шел хаотично. «Изначально мы задумывали совсем камерное мероприятие, но ресторан закрылся за месяц до торжества, так что пришлось срочно мчаться в Париж на поиски новой локации. Maxim’s казался нам слишком большим — это единственная причина, почему мы сразу его не выбрали. Мы и мечтать не могли о столь культовом историческом месте». Так родилась идея пышного ужина с поздравительными речами и танцами.

Подруга невесты Сольвейг Равас (по профессии кинопродюсер) согласилась помочь все устроить. «Для Сольвейг это было впервой, она же не организатор свадеб, но, учитывая, сколько труда требует продюсирование кино, мы подумали, что она отлично справится, — объясняет Камиль. — Франсуа участвовал очень активно. Вынуждена признать, что он старался даже больше меня. Каждый, кто со мной знаком, знает, что логистика — это совсем не мое. А вообще мы вложили наши сердца и души в это событие, во все решения до единого. Каждая деталь была нами тщательно продумана и реализована на высшем уровне».

Камиль называет себя безнадежным романтиком от моды, говорит, что выбирая наряды, часто полагается на эмоции. Поначалу поиски подвенечного платья шли неладно. «Я всерьез переживала, что не успею ничего подобрать в срок, как вдруг, читая профайл Харриса Рида в New Yorker, наткнулась на эту кружевную комбинацию. Тут же начала бомбардировать беднягу сообщениями — на следующий день, после его шоу — с вопросами, можно ли примерить платье. Самое смешное, что сперва оно не село, а так как это уникальное винтажное кружево из парижского кутюрного ателье, переиначивать фасон было попросту не из чего — такой ткани больше нет».

Ребятам пришлось вступить в схватку со временем в поисках того, что спасет положение — Харрис предложил добавить шлейф, который сделал бы платье еще экстравагантнее. Основой идеи было «голое платье» — эдакий трибьют 1990-м — но с некоторыми отсылками к 1960-м. «И тут встал вопрос — какое белье под него надеть. Та еще головная боль, — признается Камиль. — В итоге выбор пал на кружевные трусики La Perla — то, что нужно, чтобы достойно войти в семейную жизнь».

Хорошая подруга невесты стилист Александра Кронан сопровождала ее на всех этапах подготовки. «Именно Александра сделала каждый образ цельным. Всякий раз, прежде чем одобрить наряд, она заставляла меня избавляться от одной детали — очень в духе Коко Шанель, — говорит Камиль. — Мы хотели создать нечто задорное и неподвластное времени, чтобы образ не выглядел чересчур свадебным, и я могла оставаться собой. Для меня это было крайне важно — если одежда недостаточно комфортная, я становлюсь неуклюжей. Александра присутствовала на всех наших примерках с Харрисом, дала мне бесчисленное количество советов и поддерживала весь свадебный уикенд».

Несколько слов о традиционной атрибутике — «что-то синее» Харрис вышил прямо на платье. «Чем-то взятым взаймы» стало винтажное шелковое пальто John Galliano, которое уже вернули обратно в архив. Подруги Камиль Джильда и Джорджия — основательницы марки The Attico — снабдили ее двумя парами кастомизированных мюлей. Первая из сатина с кристаллами — для праздничного ужина. Вторая — для вечеринки. «Перед танцами я переоделась в усыпанное пайетками мини-платье Chanel. Покупала его для свадьбы, но разок не смогла удержаться и надела на другое мероприятие», — признается Шарьер.

Темой девичника стали «ревущие 1920-е». «В поздравительных речах об этом еще много говорили, — вспоминает Камиль. — Я не хотела наряжать подружек в одинаковые платья, у нас во Франции так не принято. Мы обсудили вопрос с девчонками и решили, что будет здорово, если девичник отразит мое желание сделать свадебные наряды максимально экологичными. Главная идея заключалась в том, чтобы никто не покупал ничего нового. Одни достали винтажные платья из своих шкафов, другие арендовали наряды в @myrunwayarchive или у моей подруги Эммы Рейно, основательницы устойчивой марки @WearMarcia».

Молодожены живут в Лондоне, но свадебный уикенд они провели в Le Bristol. «Антураж мечты для последних приготовлений», — признается Камиль. Камерная гражданская церемония длилась всего полчаса, но для жениха и невесты эти минуты были очень ценными и эмоциональными. «Завершилось все радостными криками, поздравлениями и реками слез», — говорит Шарьер. После все отправились на коктейль в Maxim’s, который плавно перетек в застолье на 180 гостей. «Я заранее предупредила маму, что ей не удастся произнести речь, так как выступлений и без того слишком много. Увидев ее с микрофоном на сцене, я начала паниковать, — вспоминает Камиль. — Но мама вышла не говорить, а петь (очень в ее стиле). Через секунду заиграла мелодия I Say A Little Prayer For You и мало помалу песню подхватили все. Эта часть вечера особенно мне дорога. Мама слишком хорошо меня знает — я долго не могла отойти, магия момента поразила меня в самое сердце».

Торт подали под трек Петулы Кларк La nuit n’en finit plus. «А потом все пустились в пляс и так быстро вошли в раж, что мы совершенно забыли про свой первый танец», — рассказывает Камиль. Удивительно, но одной из звезд вечеринки стала Мэри-Кейт Олсен — она порвала танцпол и веселилась до самого утра. «Сейчас вспоминая все это, — говорит Камиль, — не могу нарадоваться тому, что нам удалось собрать вместе всех друзей».