Мода

Включите габариты. Почему дизайнеры все еще не умеют работать с большим размером

Пока индустрия моды рассуждает о важности бодипозитива, Алина Григалашвили изучает, что мешает дизайнерам шить вещи для немодельной фигуры
Плюссайзмода и ее проблемы. Почему дизайнеры все еще не умеют шить одежду на женщин большого размера
Палома Эльсессер. Vogue Poland 2021

Скачайте новый номер Vogue, чтобы всегда иметь его под рукой — для IOS и для Android.

Когда в продажу поступил ноябрьский номер Vogue с Джилл Кортлев на обложке, на нашем сайте появился подробный рассказ о том, как Джилл стала самой востребованной, как говорят в модной индустрии, плюс-сайз-моделью. Этот материал писала я — с большой гордостью, потому что следила за Кортлев задолго до того, как она попала в hot list сайта models.com. И с любовью, потому что благодаря ей полюбила свой живот, на котором последний раз видела рельеф примерно десять килограммов назад. Каждый раз, когда Джилл «творила историю» — будучи первой плюс-сайз-моделью на подиуме Fendi или Versace, — я радовалась как ребенок. И нисколько не сомневалась: реальные женщины, которые увидят на обложке модель с растяжками на бедрах, тоже будут рады.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Так и случилось: десятки тысяч подписчиков в инстаграме восприняли обложку на ура, а вот мой текст они разнесли в пух и прах. «Вы шутите? Где здесь плюс? Это нормальный сайз. Подмена понятий». Никакой подмены понятий, конечно, не было. В реальной жизни «плюс» — не равно «ненормальный». А вот в индустрии моды традиционный размер модельного семпла все еще варьируется от 0 до 2, то есть от XXS до XS. И все остальное именуется «плюсом». Особенность Джилл в том, что она отвечает за репрезентацию размеров, которые больше всего распространены в обычном мире и чаще всего игнорируются в модном, всех тех, что между XS и XL.

При этом у Кортлев такая фигура, что на нее достаточно чуть увеличить традиционные лекала, и одежда будет хорошо сидеть. А вот с размерами выше L или формами, которые не похожи на классические «песочные часы», модные Дома часто не справляются. За последнее время блистательную работу с плюс-сайз-повесткой продемонстрировал разве что Пьерпаоло Пиччоли, у которого на кутюрном показе Valentino весна-лето 2022 ходили модели и маленького, и большого, и среднего размеров. И на всех них великолепно сидели как открытые, так и закрытые платья. 

Versace Couture весна-лето 2022

Photo: Alessandro Lucioni / Gorunway.com

Versace Couture весна-лето 2022

Photo: Alessandro Lucioni / Gorunway.com

Но это скорее исключение. Женщине с пышной грудью больно смотреть на то, как впивается бра Versace в бюст Прешес Ли на показе весна-лето 2021. Впрочем, оно вонзилось и в грудь Ирины Шейк — потому что крой бюстгальтера не предполагал, что в него будет помещено что-то значительное. А роскошное белое макси Brandon Maxwell из весенней коллекции этого года подвергло Палому Эльсессер эффекту side boob. Грудь просто вываливалась по бокам — и даже наброшенный на плечи модели свитер скрыть этого не смог. Напрашивается вывод: если бы дизайнеры действительно болели за плюс-сайз-моду (или видели реальные риски отказа от работы с крупными размерами), они бы уже призвали в свои команды консультантов — таких же, что отвечают за расовое разнообразие в Gucci и Burberry.

Brandon Maxwell весна-лето 2022

Photo: Filippo Fior / Gorunway.com

Versace весна-лето 2021

Alfonso Catalano©SGPItalia

Предыдущий креативный директор Burberry Кристофер Бейли, кстати, предпринимал такую попытку в 2012-м. Правда, в качестве консультанта по плюс-сайз-дизайну он пригласил Адель, от этого вся затея была больше похожа на пиар-ход. Певица вроде согласилась и даже что-то обсуждала с Бейли, но, судя по тому, что сегодня она весит почти на 50 килограммов меньше, совершить революцию в индустрии ей не удалось. Пришлось худеть — теперь на ней как влитые сидят кутюрные платья Schiaparelli Дэниела Роузберри и ультрамодного молодого дизайнера Харриса Рида.

А пока пошиву одежды на женщин с большими размерами не учат даже в фэшн-университетах. В 2015-м Джеффри Майер, профессор Сиракузского университета и основатель инициативы Fashion Without Limits, которая разрабатывает для дизайнеров учебную программу с учетом всего спектра размеров, не сумел назвать ни один университет планеты, где подобная программа уже бы существовала. И за последние семь лет ничего не изменилось. Понятно, что любой выпускник факультета моды и дизайна сумеет сшить наряд на условную Lizzo или Барби Феррейру — для этого достаточно просто правильно снять с нее мерки. Но сделать такое платье размера XL, которое будет висеть на рейле в бутике и плюс-минус хорошо сидеть на каждой потенциальной покупательнице, — задача крайне сложная.

Адель в Schiaparelli, ноябрь 2021

CBS Photo Archive

И пока решать ее никто, кажется, не собирается. Александра Маниович, которая в 2020-м окончила парижский Parsons, рассказывает, что институт поощряет желание студентов создавать плюс-сайз-моду, но никак этому не способствует: «С одной стороны, преподаватели говорят тебе: «Есть разные размеры, расы и фигуры», а с другой — не дают тебе возможности делать для них одежду, кроме как за свои собственные деньги. На весь университет было два манекена размера М — все остальные французского 36-го, то есть S. Когда ты что-то шьешь, ты обязан найти манекен и модель для примерок. Обучение и так стоит огромных денег, плюс в каждый проект ты вкладываешь от двух до двенадцати — если работаешь с кожей — тысяч евро, и тратиться на что-либо дополнительно ты просто не готов». Подтверждает это и Аарон Бендич, студент нью-йоркской Parsons School of Design: «Parsons любит, когда ты мыслишь нестандартно. Но хотя ситуация вроде бы начинает меняться в лучшую сторону, большинство манекенов все еще XXS–S».

В миланском Marangoni обстановка чуть более позитивная. Максимальный манекен — восьмого американского размера (как раз того, что носит Джилл, — M/L). Куратор факультета моды Британской высшей школы дизайна Клэр Лоупман говорит, что московские студенты тоже учатся по выкройкам 8 US. «С ним же работает большинство британских дизайн-факультетов. Он используется в качестве стандарта для потребительского рынка. Но он отличается от тех размеров, что мы видим на подиумах, — они обычно на два или три пункта меньше (хотя ситуация меняется)».

А вот студенты альма-матер Клэр, лондонского Central Saint Martins, говорят, что сегодня их скорее учат «неординарно мыслить», нежели шить. И это, кажется, общая тенденция. Сейчас существует всего два учебника по кройке и шитью больших размеров: «Модный дизайн для плюс-сайз» Франсес Лето Зангрилло 1990 года (давно снят с продажи) и «Создание одежды, которая сидит и льстит» Барбары Деккерт 2002 года. Концепции обеих книг выстроены на том, чтобы хотя бы визуально приблизить тело большого размера к худому идеалу.

Отсутствие профессионалов, обученных работе с размерами категории «плюс», приводит к тому, что бодипозитивные линейки просто не выживают. Еще в 1990-х такую линию запускали Valentino (она называлась «Харизма»), Versace (GV Versatile, в переводе с итальянского «универсальный»), Gianfranco Ferré (Ferré Forma) и Krizia (Per Te). До 2022-го из них дожила только последняя — вероятно, потому, что отшивается на фабрике Miroglio, которая специализируется на больших размерах. Там же шьются марки Elena Mirò и Luisa Viola, полностью сконцентрированные на категории «плюс». Но эти бренды — как и ключевой игрок плюс-сайз-маркета Marina Rinaldi — не показываются на Неделях моды и не гремят в новостях. А значит, уступают в «модности» условным Celine и Saint Laurent.

В России найти большие размеры еще сложнее, чем в Европе или в США. И если у крупных игроков индустрии вроде WOS Андрея Артемова L хотя бы существует, а XL редко, но встречается, то марки помельче работать с этими размерами не хотят. Вера Холмова, хозяйка бренда Sorelle, говорит, что нет спроса: «В силу стилистики у нас часто бывают довольно откровенные наряды — мини, все в обтяжку. Практика показала, что большие размеры не покупают». Та же история и у минималистичных Agreeg, где «откровенных нарядов» вообще почти нет. Как говорит основательница марки Армина Григорян, «мы делаем много L, а наши one-size-силуэты подходят и на XL. Но сам XL у нас почти всегда остается невостребованным». А значит, эти вещи перестают производить.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Можно предположить, что спроса нет, потому что в нашем обществе большие размеры еще сильнее стигматизированы, чем на Западе. Стоит СМИ выложить в инстаграм историю полной женщины, которая не стесняется своего тела, как в комментариях ее с вероятностью 90 процентов назовут ленивой и посоветуют записаться в спортзал. А может, дело в том, что сами марки не хотят или не умеют позиционировать себя как создателей одежды для XL-женщин. У отечественного гиганта 12 Storeez на сайте есть раздел «Размер XL». «Этот размер появился у нас пару лет назад, — говорит бренд-директор 12 Storeez Надежда Крашилина. — Для покупателей, которые не ожидали у нас на сайте увидеть цифру XL, мы выделили его как отдельную категорию. Это не самостоятельная коллекция, а часть регулярной. Добавили в карточку товара фото с моделью плюс-сайз, чтобы клиентки могли лучше понять, как одежда смотрится на разных типах фигуры». Сами вещи при этом примерно одинаковые. У них отсутствует линия талии, они маскируют фигуру, а не подчеркивают ее — и так почти у всех марок, выносящих большой размер в отдельную категорию.

12 Storeez, категория «Размер XL»

12 Storeez, категория «Размер XL»

Заходить в раздел «для больших», чтобы найти свой размер, — это крепкий удар по самооценке. Но 12 Storeez, в отличие от, например, итальянских бутиков OVS, хотя бы сделали этот раздел виртуальным, а не физическим. Для тех, кому приходится идти в специальную секцию в обычных магазинах, шопинг — неминуемый стресс и унижение. Это как наказание за то, что недостаточно старалась быть худой. И как же быть девушкам большого размера, которые хотят носить модную, хорошо сидящую одежду?

Обладательница 46-го итальянского (L) размера Лиза Аминова решение нашла — она относит фотографии моделей с подиума своей портной. «Я люблю искать ткани и шить одежду, вдохновляясь тем, что увидела на показах, — говорит Лиза. — Но и некоторые бренды тоже работают на заказ. Я только что заказала у Miu Miu расшитый костюм из последней коллекции. Ulyana Sergeenko делают в нужном размере любую понравившуюся модель и очень тонко чувствуют фигуру». Правда, Лиза отмечает, что наличие нужных размеров в магазинах значительно упростило бы жизнь: «К сожалению, есть расхожее мнение, что женщины 44-го итальянского и выше боятся одеваться ярко и смело. И даже если у некоторых марок есть вещь в большом размере, у нее очень часто не рассчитаны линия талии или крой рукава. Впрочем, у меня сформировался пул брендов, которым я доверяю. Идеальные джинсы нашла в Raey. 70 процентов коллекции в больших размерах можно найти у Marni и Khaite. Я обожаю Emilia Wickstead, которые идеально учитывают пропорции людей в каждом размере. И ничто не радует меня так, как платья Vita Kin».

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Покупать онлайн и пользоваться услугами ателье — пока единственные варианты для женщин большого размера. В такой непростой ситуации я — человек с размером L/XL — все чаще задумываюсь: может, ну его, все это принятие? Любовь к себе такой, какая есть? Может, на диету и в спортзал, как советуют доброжелатели в соцсетях? Впрочем, я, когда носила размер S, предпочитала объемные джинсы, свободные топы и длинные пальто — поэтому проблема прибавившегося за семь лет сидячей работы и импульсивного переедания веса решилась шопингом преимущественно в мужском отделе.

Но и тогда, и сейчас во мне периодически просыпается желание надеть что-то нарядное — то, что не разойдется по шву между ног и не будет впиваться в складки на спине. И эту проблему опять же может решить только индпошив (в том числе и у российских марок вроде той же Agreeg или совсем молодой Muus) или поход в Zara, у которой уже давно представлены размеры вплоть до XXL. Но в массмаркете размерная сетка тоже чаще огорчает, чем радует, — иногда свободно сидят брюки L, а иногда не налезает даже максимальный размер джинсов. Втискивать свое тело в крошечные платья я не хочу — как вы уже поняли, даже у гигантов индустрии такие вещи редко предусматривают наличие хоть каких-то габаритов. Я не верю креативному директору Blumarine Николе Броньяно, который одевает тонких, как струны, моделей в кроп-топы и мини, а потом утверждает, что его вещи смотрятся хорошо на всех фигурах. «Посмотрите на Рианну», — говорит мне в интервью дизайнер. Никола, посмотрите на Рианну сами — а потом скажите, есть ли в этом мире хоть что-то, что будет смотреться на ней плохо?

Я не Рианна и вряд ли ею когда-нибудь стану. Да и до размера Джилл Кортлев мне еще нужно похудеть. Но вот парадокс: ее инстаграм-аккаунт заставляет меня чувствовать себя красивой и любить свое тело. И вот я смотрю ее фото, а потом отправляюсь на поиски такой же черной шелковой юбки миди — потому что Кортлев лучше дизайнеров знает, в чем девушка с формами будет выглядеть на пять с плюсом. А потом я иду в ванную в белье и делаю селфи в зеркале, пока чищу зубы, — потому что Джилл, в отличие от большой и могущественной фэшн-индустрии, не заставляет меня чувствовать себя «слишком большой».

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.