Вера Полозкова о материнстве и детях

Поэтесса и писательница рассказала Vogue про двенадцать открытий, которые приходят с рождением ребенка 
ok
Фото: Данил Головкин. Стиль: Ольга Гвоздева. Vogue Россия сентябрь 2020. На Вере: платье из вискозы, Totême. На детях (слева направо): футболка, Acne Studios; футболка и кроссовки, ­собственность героя; брюки, Il Gufo

Меня зовут Вера, мне 34, и у меня трое детей. Два сына и дочь, совсем малышка. Нет, не то чтобы я мечтала о том, что детей у меня будет столько, и тем более не была готова растить их в одиночку; и тем не менее — это самый грандиозный опыт из всего, что мне доводилось переживать. А мне изрядно доводилось: я ­объехала полсвета, написала пять книг, которые разошлись по миру большим тиражом, играла концерты с аншлагами в огромных залах, общалась с гениями (и самозванцами — не знаю, кто интереснее) и попадала в самые поразительные сюжеты и истории. Мои дети оказались моими самыми главными учителями — преподавателями радости, тренерами присутствия в моменте, мотиваторами присвоения достижений и самоценности, источниками силы. Моя жизнь всегда была увлекательнейшим сериалом, а они сообщили всему новую краску, иную глубину. Вот двенадцать открытий, которые пришли ко мне с детьми — и изменили меня.

На Вере: платье из вискозы, Totême. На рeбенке: комбинезон, Tartine et Chocolat

Взрослые — это теперь мы

Как много раз в детстве ты клялся себе, что не пойдешь во взрослые: почему они всегда ноют, от чего они так устают, почему друг с другом они разговаривают так весело и от сердца, а тебя только одергивают и поправляют? Монтажная склейка… И вот ты разворачиваешься к двум мальчишкам, висящим на твоем госте и визжащим от восторга, и произносишь ледяным тоном: «Можете так не орать? Мы пытаемся поговорить!» Что, когда это случилось? Почему иногда невозможно взглянуть на них без слез — из-за всего, чего ты для них не смогла, из-за всего, что еще так разочарует их в мире, в который ты их привела? И да, почему бы тебе не потанцевать с ними? Не покатать на шее, даже когда в них 20 кило? С прискорбием сообщаем, что теперь ты «в клубе»: у взрослых всегда что-нибудь болит, они всегда недосыпают и вечно работают. «Федор, идешь гулять?» — ­«Пъясти, мам, у меня съишком много йаботы!»

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Родители не были монстрами

Даже если были действительно скверными родителями. Даже если обижали, обесценивали, срывали злобу, предавали доверие, брали сторону неприятеля (математички!). У них была громадная сложная жизнь помимо нас, и теперь мы в курсе, насколько энергозатратная. В юности казалось: ты не сможешь их простить никогда и никогда не подпустишь к собственным детям. Теперь ты даже не злишься: они тебя любили, как умели, и были всего лишь людьми, а не мастерами дзена. И твоих детей они слушают гораздо внимательнее, чем тебя в детстве, и балуют, и хвалят — и это тоже нормально. Прошло много лет, время для них сбавило ход. Теперь они свободны и научились любить без условий.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Старость — это не самое ужасное

Жить быстро и умереть молодыми мы собирались примерно до тридцати — потом у нас поменялись планы. С появлением детей в картинке «через тридцать лет» появляется большой стол в саду, заварочный чайник в розах, твои высоченные сыновья, разговаривающие басом с детьми, топчущими твои пионы, — и вдруг понятно, что было бы очень обидно всего этого не дождаться. Что ты будешь нужен любой и хорош любой. Что отныне ты лишен права на эффектное саморазрушение и наплевательское отношение к здоровью, потому что отвечаешь не только за себя.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Каникулы закончились

Да, и ими оказалась вся жизнь с твоих семна­дцати — и до появления первого ребенка. Боже, сколько же у нас было времени! Сколько сил у нас было: на любовные драмы, эпические глупости, шумные обиды, простыни писем с признаниями и упреками, вечеринки, длящиеся иногда неделю подряд! Теперь это воспоминания. Дети встают в семь утра, и им нужен завтрак, чтоб они не съели друг друга. Им нужны прогулки, объятия, детские спектакли, квесты, прятки, истории на ночь, они любят море, им требуется настоящее Рождество, фонарики и гирлянды на день рождения, поэтому работы предстоит много, и каждый час, который ты тратишь на соцсети и бесплодные препирательства среди ночи, грозит тебе риском вырубиться назав­тра прямо в кафе, перед деловой встречей. Потом нам периодически будет разрешено возвращаться в свои семнадцать — когда они подрастут и станут ездить к бабушке на дачу или в летний языковой лагерь. Мы будем просыпаться в двена­дцать в пустом доме, заваривать кофе и не верить своему счастью. А потом сразу звонить им.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Женское тело — инженерный шедевр

Из крошечной клетки оно может вырастить целого настоящего человека, выпустить его на свет, вырабатывать для него пищу в течение года, а потом перезапустить всю гормональную систему и быть готовым к следующему подвигу. Если помогать ему — давать вдоволь движения, сна, питания, свежего воздуха, — оно восстановится очень быстро. После родов испытываешь к собственному телу волну любви и благодарности: оно смогло для тебя вот столько. Не будешь же ты мелочной и не начнешь ­предъявлять ему претензии за растяжки, складки и какую-то не ту форму груди. Оно старалось изо всех сил, и оно столько преодолело!

Семья — это мудро придумано

Хотя ты, конечно, self-made и всего добилась самостоятельно. Когда рождается дитя, когда из него глядят на тебя и твои родители, и бабушки, и родственники мужа, когда его приходит покачать твоя мама, когда отчим мужа научил его смешно поддакивать сказке о репке, а дальняя бабушка прислала вам несколько банок смородинового варенья для его овсянки — вдруг ясно, как много нужно любящих рук для одного действительно счастливого ребенка. Как важно с кем-то делить это обожание, это любование, эти зубы, пальчики, ресницы. Как потом благодаря одной бабушке он в пять лет бегло читает и играет в шахматы, а другой — умеет лепить пельмени и полоть грядки. Тебя одной никогда бы на все это не хватило. Одна ты знаешь только три колыбельные и один рецепт оладьев. А его дожидались все песни из советских фильмов, все рыбные котлетки, все альбомы с черно-белыми фотографиями — три поколения подряд.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Здравствуй, уязвимость

Да, вот к этому нас точно не готовили. Теперь тревоги, сомнения и обиды на ближнего подразумевают детей и усилились десятикратно. Теперь нас всегда можно обвинить в том, что мы негодные матери, что мы кричим, что мы недостаточно развиваем; теперь можно сорвать нам планы на день, просто не явившись вовремя перехватить ребенка. Тут впервые ты понимаешь, как жестко придется пересмотреть свои представления о личных границах, потому что ребенок сужает их донельзя. Придется смириться, что теперь всегда будет рычаг, триггер, с помощью которого тебя будет легко задеть и спровоцировать. Наблюдать за собой со стороны и учиться спокойно встречать эти вызовы — жизненно важное умение.

Прощай, право на уныние

И к этому нас не готовили тоже: отвернуться и лежать лицом к стене двое суток мы теперь не можем технически. Дети считывают эмоции молниеносно, дети ни в чем не виноваты. Каша сама себя не сварит, штаны сами себя не натянут, и даже мультик требует твоего минимального, но участия. Лично мне случалось даже вызванивать друзей дежурить, а самой снимать номер в отеле и отсыпаться там сутки после гастролей, потому что, если не поспать еще пару дней, ты коллапсируешь до черной дыры. На самом деле это самый сложный урок родительства: управление собственным гневом, отчаянием, переутомлением, апатией — так, чтобы они не отравляли ничьего прекрасного детства.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Хиппи — это больше не про нас

Когда-то можно было жить месяц на дошираке и растворимом кофе, а потом на неожиданный гонорар купить себе ботинки тонкой работы и уже через три дня снова соображать, как бы заработать на еду. Когда-то можно было не знать даты возвращения. Когда-то можно было поболтаться без работы пару месяцев, приезжая пообедать к маме и переночевать у друзей. Теперь квартира нужна большая и рядом с будущей школой, няня нужна классная и лучше с проживанием, а на море теперь одним билетом не обойдешься. От этого иногда страшно: а как вся эта конструкция устоит, если, например, ты ­заболеешь и не сможешь работать? Но на самом деле это тренировка воли и дисциплина ума: я никогда не думала, что мое ремесло сможет прокормить меня, мою семью и даже останется на путешествия. Это дети меня научили.

Счастье — это решение

Оно больше не высекается, как искра, от столк­новения с красотой, с книгой, с чьей-то роскошной иронией. Теперь нельзя утром решить, а вечером уже идти по Петербургу. Теперь ­счастье — это труд и выбор, его надо планировать, вписывать в распорядок дня, как рабочую встречу. Счастье — это ванна с эфирным маслом после того, как всех уложишь, или поездка на дачу к подруге детства с велосипедами в багажнике. Оно все еще достижимо, оно все еще в мелочах, только теперь это тобой придуманные, рукотворные мелочи. Ты его автор, а не ловец.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Не будет никакого «потом»

Это правда очень странно: дети растут как ­бамбук. Иногда, кажется, они увеличиваются за ночь. Через неделю разлуки это другой человек. Когда их несколько, будто кто-то садится на невидимый велосипед и прокручивает время в три раза быстрее обычного. Поэтому банально рисовать динозавров, читать им за Петсона и за Финдуса смешными голосами, разрешать забежать в самую глубокую лужу, показывать фокусы с исчезающим большим пальцем, играть в крокодила надо именно сейчас. Потом, когда мы наконец выспимся, сдадим проект и выплатим ипотеку, они дай бог заедут к нам показать свежие видео из горного похода. Но скорее всего пришлют их с обнимающим эмодзи.

Мы богачи

Это даже иногда мешает нам внимательно выслушать наших бездетных друзей, потому что они три недели переживают насчет перспективы транспортировки кота к родителям, а у нас каждый день — это аттракцион на выживание, десять изобретений, двадцать две мелкие ссоры, сорок объятий, одно сокрушительное купание, тридцать признаний в любви в духе «я тебя обожаю насквозь». Каждый день нам прибавляется такого эмоционального опыта, такой пищи для ума! И главное — мы правда проходим самое важное и счастливое обучение в жизни: мы учимся сострадать, слышать, принимать. Мы растем. Иногда это болезненно и трудно, но процесс не прекращается ни на минуту. И вообще, как скучно было бы, если бы наши дети не набрались духу и не родились у нас, недотеп. Мы бы даже не узнали, сколько мы теряем.

На Вере: платье из поли­эстера, Totême

5 книг про детей — выбор Веры Полозковой


«Жутко громко и запредельно близко», Джонатан Сафран Фоер 

Один из самых любимых моих романов о мальчишке, потерявшем отца в башнях-близнецах, и том, как его душа справляется с самой большой болью в жизни. Невероятной силы, глубины, точности и целительности текст с таким эффектом погружения в логику ребенка, с такой надеждой на то, что любая тьма преодолима!

«Затаенная боль. Дневник психоаналитика», Каролин Эльячефф

Книга известного французского психиатра о том, как важно разговаривать с детьми — даже двухдневными, какую целительную силу имеет проговаривание проблем, как тесно связано у всех нас сознание и тело, какие диагнозы и приговоры можно отменить, если говорить с ребенком сердечно и честно. История не только про воспитание, но и про отношения в принципе.

«Правила развития мозга вашего ребенка», Джон Медина

Здравый и полный хорошего юмора рассказ от исследователя мозга и отца двоих парней о том, почему, например, ребенок не может учиться, когда в семье все орут, и почему «развивающие» игрушки — это маркетинговая уловка, а «свободная игра» — стимулятор воображения. Дарю беременным подругам — здорово снимает тревогу.

«Тайная опора», Людмила Петрановская

Классика литературы для родителей. Почему так важно любоваться младенцем и хвалить его? Почему, когда дети паникуют, они делают не как ты говоришь, а ровно наоборот? Что такое возрастные кризисы, как проходить их без потерь? Как не стать подростку матерью-мегерой? Идеальная инструкция к новому человеку.

«Научное познание любви», Мишель Оден

Важнейшая книга обо всех аспектах родов, о том, как опыт рождения влияет на эмоциональное и психическое становление человека, о «золотом часе» — от легендарного врача, просветителя и акушера с 60-­летним опытом. Открывает глаза на многие вещи — особенно людям, верящим медицине больше, чем себе.

Фото: Данил Головкин; архив Vogue. Стиль: Ольга Гвоздева. Прическа: Дарья Севостьянова. Макияж: Ника Кисляк. Ассистент фотографа: Дмитрий Назаров/Bold. Ассистент стилиста: Дарья Баскова. Продюсер: Алина Куманцова. Ассистент продюсера: Дарья Соколова