© josefinej

Красота

Оказывается, тревожность может быть полезна

Что нужно знать о позитивных проявлениях расстройств психики: да-да, навязчивую тревогу можно использовать себе во благо — как компас, помогающий принимать верные решения

Философы зовут ее «нашим лучшим учителем», психологи утверждают, что это «неотъемлемая часть людской природы», дарвинисты ставят ей в заслугу выживание человечества как вида — все так, но вообще у тревоги все-таки дурная репутация. Каждый, кто хоть раз ее испытывал, знает, насколько неприятным бывает это состояние и как оно умеет выбить из колеи. Однако недавние исследования показывают, что свои плюсы у тревоги тоже, оказывается, есть. И раз уж в сегодняшних непростых обстоятельствах избежать приступов беспокойства вряд ли удастся, быть может, пришло время попытаться использовать его себе во благо?

Тревогой принято называть реакцию на потенциальную опасность или же ее предчувствие. «Это не похоже на обычный страх, который связан с существованием реальной угрозы», — говорит Беттина Мольтрехт, клинический психолог, исследователь, специалист по регуляции эмоций. Так, в отличие от страха, чтобы испытать тревогу, человеку совсем не обязательно физически видеть, слышать или чувствовать опасность. 

У тревоги, как и у большинства наших эмоциональных реакций, эволюционное происхождение. «То, что мы выжили (как вид), — результат множества предпринятых еще нашими предками шагов по борьбе с тревогой», — отмечает экзистенциальный психолог Ролло Мэй. Источники беспокойства со временем менялись, а вот ощущения остались примерно теми же. Да, сегодня нам едва ли стоит опасаться нападения хищников, но современная жизнь и другими поводами для тревоги не обделяет.

«Мы переживаем, что не продвинемся по службе, что кто-то соблазнит нашего возлюбленного или обидит ребенка», — объясняет Кортни Карлссон, коуч и автор мобильного приложения по определению эмоциональной идентичности Paradym. Культурный контекст оказывает колоссальное влияние на мироощущение человека, и Ролло Мэй уверена, что именно он определяет склонность конкретной персоны к тревожности, а также характер этого чувства.

Угроза первостепенным потребностям 

Тревожность, пожалуй, самое распространенное из всех психических расстройств (если верить подсчетам, с ней живет каждый шестой американец). Сумятица, которую повлекла за собой пандемия коронавируса, нашу склонность к беспокойству только обострила: мировые показатели уровня тревожности с марта бьют все рекорды. «Под угрозой оказались самые базовые заботы людей: возможность платить аренду, работа, физическое здоровье», — говорит Карлссон.

Многим может показаться, что стремительный взлет уровня всеобщей тревожности уже сам по себе становится верным поводом для беспокойства. Но эксперты считают иначе. Недаром у тревоги эволюционные корни, ряд исследований утверждает, что она способна уберечь нас от потенциального вреда. Психика тут работает как сигнализация, предупреждающая о возможной угрозе, она словно мотивирует человека беречься и всеми силами избегать опасности. А еще тревога может служить мотиватором к достижению какой-то цели. 

«Все без исключения эмоции, и тревога в том числе, подталкивают нас к тем или иным действиям, — говорит Мольтрехт, объясняя, что беспокойство служит своего рода подготовкой к важному предупредительному знаку. — Пока люди живут своей обычной жизнью, идут к намеченным целям и тревога этому совсем не мешает, у этого чувства не так уж много недостатков».

Датский философ-экзистенциалист Сёрен Кьеркегор называл тревогу «нашим лучшим учителем», ссылаясь на ее способность тренировать «силу духа», сегодня более известную как «эмоциональная устойчивость» — она, в свою очередь, отвечает за зрелость личности. Кьеркегор прекрасно осознавал весь ужас тревоги, но был уверен, что этот мощнейший опыт и его грамотное использование ведет к более разумным решениям и способствует личностному росту.

Скажем, если перспектива возвращения в офис после самоизоляции вызывает у вас беспокойство, Кьеркегор предложил бы вам поразмыслить, откуда вообще взялась эта тревога. Быть может, вы пока не готовы выйти на работу, но это лишь временный страх? Есть ли у вас возможность продолжать работать из дома? Возможно, дополнительные меры предосторожности снизят уровень беспокойства? Поиск ответов на вопросы такого рода помогает лучше понять себя и свои потребности, чтобы потом что-то изменить и сделать жизнь лучше.

Тревога как индикатор жизнеспособности

Тревожность разных уровней и «накала» — часть повседневной жизни многих. Конечно, с приходом пандемии этих «многих» стало еще больше. Но тревога не бесполезна — кому-то она помогает избегать контакта с вирусом. «Наличие тревоги говорит о том, что инстинкт самосохранения работает, — говорит Мэй. — Умеренные переживания (не до оцепенения) обостряют бдительность и создают то самое «напряжение, необходимое для закрепления пережитого опыта». Беспокойство делает нас более внимательными к потенциальным угрозам, оно же заставляет менять поведение и формирует новые привычки: надевать маску, носить при себе санитайзер, реже и с большей опаской выезжать за границу и так далее.

Многие утверждают, что это непростое время подарило им позитивное чувство пережитого вместе опыта. Коллективное беспокойство сыграло важнейшую роль в процессе сплочения, что в перспективе поможет нормализации проблемы тревоги в целом.

«Мы наконец стали интересоваться жизнью друг друга искренне, а не из вежливости, как раньше», — разъясняет важность случившегося Шарлотта Фокс Вебер, возглавляющая отделение психотерапии в организации The School of Life. «Всем пришлось признать, что времена настали непростые. Но жизнь вообще редко складывается так, как мы ее себе воображаем. Каждый смирился с неопределенностью, с тем, что контролировать все не удастся, зато это заставило нас совершенно по-новому оценить человеческие связи».

Переосмысление ваших взглядов на эмоции

Так-то оно так, но тут Фокс Вебер советует не переусердствовать с тревожными мыслями: «Тревога связана с воображением, под ее влиянием вы начинаете выдумывать себе самые разные фантастические сценарии развития событий», — говорит она. Люди, склонные к тревоге, и правда с большим вниманием относятся к вероятным опасностям. Вот только тревога, как правило, сгущает краски, преувеличивает и даже искажает происходящее.

Поэтому Вебер предлагает каждому изменить отношение к собственным эмоциям: не стоит забывать, что они мимолетны и постоянно меняются. «Тревога — штука неприятная, доставляющая массу неудобств, но когда вы начинаете сокрушаться по поводу своего эмоционального состояния, все в итоге накладывается друг на друга, — продолжает она. — Осознание того, что эмоции мимолетны, сильно упрощает ситуацию». Как с той же тревогой по поводу возвращения на работу — сегодня она может ощущаться очень остро, а завтра стихнуть, об этом следует помнить в моменты, когда беспокойство вас атакует.

Само собой, ни в коем случае нельзя недооценивать пагубное влияние тревоги. Это касается и тех, кто страдает от нее всерьез, и тех, кто стал испытывать ее чаще во время пандемии. Если коронавирус и научил нас чему-то, так это тому, что нужно плыть по течению. Нельзя предсказать, когда нагрянет очередной приступ тревоги, но можно проконтролировать свою реакцию на него. 

Вернемся к Кьеркегору: тревожное состояние ему совсем не нравилось, но он верил, что тревога — богатейший источник знаний, который всегда под рукой. Так что, в следующий раз, ощутив, как беспокойство пронзает ваши разум и тело, вспомните суждения философа и спросите себя: чему это чувство хочет меня научить?

Читайте также

Красота

Как выбрать нюдовую помаду 

Мода

Базовый гардероб Агнесс Дин — модные идеи вне времени