Книги

Что внутри книги Dior Hats и почему нас ждет ренессанс головных уборов

Британский шляпник Стивен Джонс рассказывает о своей карьере и лучших произведениях, работе с Марией Грацией Кьюри и не только
Dior Hats
Книга Dior Hats, Rizzoli

«Это возможность рассказать о себе без слов, — говорит о шляпах 63-летний кавалер ордена Британской империи. — На мне сегодня берет, и он сразу вызывает ассоциации с Францией, Dior, элегантным шиком, и при этом он, как футболка в мире шляп, ни к чему не обязывает». Почти четверть века он параллельно работает над собственной маркой и аксессуарами для Dior. Лучшие его произведения, а также несколько шляп, созданных по эскизам Кристиана Диора, легли в основу книги Dior Hats, которую Rizzoli выпустят 1 сентября, и выставки, из-за пандемии перенесенной на будущее.

Капор из кашемира с цветами и вуалью. Кутюрная коллекция весна–лето 2013, Christian Dior by Raf Simons

Игра на повышение

Я стал делать шляпы, когда их перестали носить. В моем детстве, в ­1960-е на севере Англии, головные уборы носили все. Мама — в церковь, папа — на гольф, мы все — на скачки. В школе у нас были кепки с жесткими козырьками, мы ими дрались. Но если я с ­чем-то экспериментировал в старшей школе, так это с обувью. Например, можно было приклеить к подошвам ботинок много-много слоев картона — получалась платформа. Было адски скользко, зато при необходимости от нее было легко избавиться. А шляпы — нет, меня не интересовали. В эпоху рок-н-ролла им на смену пришел лак для волос. Но, открывая в 1980 году свой первый магазин в Лондоне, я не боялся провала — я о нем не думал. К тому же любой бизнесмен вам скажет, что покупать акции надо, когда рынок упал. Если никто не интересуется шляпами, самое время начать их делать. 

Стивен Джонс, креативный директор Dior Hats, 2019

Дело в шляпе 

В Сент-Мартинс меня взяли, похоже, для разнообразия. Я был старорежимным выпускником, которого учили играть в регби, не смеяться и думать о благе империи. В эпоху панка все это было не очень модным. Но меня взяли. А потом, так как я не умел шить, отправили на стажировку в кутюрный Дом. Я подавал чай и булавки, а позже заметил, что в шляпном ателье по соседству все не так, как у нас. Там можно было громко разговаривать и ходить по студии, сотрудники рано уходили и прекрасно выглядели. Решив, что мое мес­то там, я попросился в подмастерья к прекрасной пожилой даме. Через год она сказала: «Теперь ищи свой путь» — и вытолкала меня на улицу. Я поплакал и вернулся в колледж делать женские коллекции, что очень мне помогло. Многие шляпники думают только про голову, я — про образ в целом. 

Акварельный эскиз, сделанный Кристианом ­Диором для шляпника Клода Сен‑Сира, 1937; шляпа из атласа, крепдешина и гусиных перьев, созданная Стивеном Джонсом по рисунку Кристиана Диора

Глэм и рок

Мои первые шляпы были совсем маленькие, потому что предназначались для похода... в клуб. А первыми клиентами стали Джордж Майкл и компания, но еще до того, как он стал звездой. Для Лондона 1970–1980-х музыка была всем. Верой, надеждой, системой ценностей. Сейчас, наверное, такую роль играют компьютерные игры. 

Маска Daddy Longlegs («паук-долгоножка») из кринолина и металла, кутюрная коллекция весна–лето 2017. Christian Dior by Maria Grazia Chiuri

Тандем

Я дружил с Джоном Гальяно и, когда его позвали в Dior, пошел за ним. И до сих пор там работаю. У каждого дизайнера свой подход к шляпам: Джону всегда нужны были огромные шляпы, потому что для него мода — это зрелище. Раф Симонс предпочитал тонкие мазки и изящные акценты. А Мария Грация хочет, чтобы шляпы носили все. Мы сейчас создаем шляпный гардероб на все случаи жизни. И это близко духу Кристиана Диора, он же шил шляпы, прежде чем стать кутюрье. 

Instagram content

View on Instagram

Вдохновение 

Идеи рождаются повсюду. Я отправляюсь изучать архитектуру Белграда, но первое, что вижу в любом путешествии, — это такси. И уже оно может ­натолкнуть на мысль. Я тоннами покупаю книги. Самая любимая — In Vogue: Six Decades of Fashion (1977). Потратил на нее все карманные деньги за семестр, три месяца питался печеными бобами. Но она до сих пор меня вдохновляет. А шляпки для осенней коллекции Dior я придумал, обнаружив, что итальянские феминистки 1970-х годов, про которых рассказывала Мария Грация, все как одна носили шляпы-федоры. 

Dior pre-fall 2020

Главные тенденции сезона осень-зима 2020

Галерея30 Photos
Смотреть галерею

Ренессанс 

Последние месяцы мы все провели в окошке Zoom, а там не важно, вечернее платье на тебе или пижама, — видны только головы. И это отличный знак для шляп. В том числе для виртуальных — я недавно сделал коллекцию для диджитал-инфлюенсера Noonoouri. Но и в офлайне будет ренессанс шляп. На карантине я по-настоящему понял смысл New Look — людям после лишений хочется радости и красоты. Сейчас будет то же самое. А если вы в шляпе, вы отлично проведете время, ­гарантирую.

Instagram content

View on Instagram