Книги

Деми Мур о своих победах и поражениях, а также о любви, карьере и детстве

Голливудская звезда рассказывает о жизни откровенно и без прикрас — в автобиографии, которая в октябре выходит на русском

16 октября издательство «Бомбора» выпускает книгу «Деми Мур. Inside out: моя неидеальная история» — о выживании, процветании и поражении самой высокооплачиваемой в свое время голливудской актрисы. Автобиография Деми Мур моментально стала бестселлером The New York Times и Amazon, а также книгой года по версии многих изданий, в том числе The New Yorker. 

«В начале 90-х я добилась того, чего не удавалось ни одной актрисе в Голливуде», — пишет Деми Мур, решившая уйти из кино на пике карьеры, чтобы во всем разобраться. И в себе самой — неcмотря на все достижения, Мур не осознавала до конца, что пришлось пережить до того, — и в своих отношениях с миром. «Я зарабатывала денег больше всех, за что получила кличку Жадная Мур от беспощадной бульварной прессы, — вспоминает Деми. — Вышла замуж за всеобщего любимчика Брюса Уиллиса. В сорок лет влюбилась в потрясающего двадцатипятилетнего Эштона Кутчера. Не переставая сниматься в знаковых фильмах культовых режиссеров, родила троих детей — и на шестом месяце беременности потеряла четвертого». Актриса также рассказывает о самоубийстве отца, спланировавшего смерть так, чтобы семья получила страховую выплату, об измене мужа, которого считала любовью всей жизни, о работе в фильмах про незаурядных и сильных женщин — от «Солдата Джейн» до «Стриптиза» — и многих других главах своей жизни. Их Мур стремится вспомнить одну за другой: «чтобы принять все, что произошло, мужественно взглянуть правде в глаза и найти силы жить дальше». 

Публикуем вступление к ее книге и фрагмент первой главы «Мои другие родители».

Каждый раз я прокручиваю один и тот же вопрос в голове: «Как я дошла до такого?» 

До пустого дома, который пришлось достраивать, потому что детей у меня было больше, чем комнат, дома, в котором раньше я была женой. Сейчас я совершенно одна в этом доме. Мне было около пятидесяти, когда муж, которого я считала любовью всей своей жизни, изменил мне и не хотел работать над нашими отношениями. Мои дочери долгое время не общались со мной — ни поздравления в день рождения, ни открытки на Рождество. Ничего. Их отец, который всегда был для меня другом, на которого я могла положиться, тоже ушел из моей жизни. Карьера, которая начала развиваться с того момента, как я съехала из дома в шестнадцать лет, вдруг застопорилась, а может, закончилась навсегда. Меня покинуло все, что было дорого мне, даже здоровье. Появились невыносимые головные боли, и я быстро стала терять вес. Одним словом, чувствовала себя так же, как и выглядела, — уничтоженной. 

И в голове опять вопрос: «Как я дошла до такого?» После всех высот, которых я достигла к своему возрасту 

Я делала все, что казалось необходимым: кормила собак или отвечала на телефонные звонки. В тот день у друга был день рождения, я решила устроить небольшую вечеринку у себя дома. Я развлекалась, как и остальные, — вдыхала закись азота. И когда мне передали сигарету, я, расположившись поудобнее на диване в гостиной, затянулась синтетической травкой. Друзья прозвали ее «дьяволом», что оправданно. 

Дальше все — как в тумане. Я почувствовала, будто покинула тело и наблюдаю за собой со стороны в дымке разных цветов. Может быть, это был мой шанс наконец-то покончить со страданиями и стыдом. Может, теперь испарятся головные боли, перестанет болеть мое разбитое сердце, пропадет гнетущее чувство, что я не состоялась как мать, как жена, как женщина. 

И в голове опять вопрос: «Как я дошла до такого?» После всех высот, которых я достигла к своему возрасту. После всех детских попыток сбежать из дома, чтобы выжить. После брака, который начинался, как волшебная сказка, с человеком, которому я действительно хотела открыться по-настоящему. После того, как я, наконец, приняла свое тело, перестала мучить его диетами и ограничениями в еде. И самое главное — после того, как я вырастила трех дочерей и сделала все возможное, чтобы стать матерью, которой у меня никогда не было. Неужели все, что я делала, было зря?

Внезапно поток мыслей прекратился, и я вернулась в свое тело. Пока билась в конвульсиях, кто-то попросил вызвать 911, я выкрикнула: «Нет!», зная, что за этим последует: скорая помощь, папарацци, новости на сайтах с заголовком «Деми Мур госпитализирована! Передозировка наркотиками!». Конечно же, в итоге все именно так и произошло. Но было и кое-что такое, чего я не ожидала. Я спокойно отнеслась к случившемуся и призналась самой себе, что, несмотря на все достижения к пятидесяти годам, я не осознаю до конца, что мне пришлось пережить. Потому что большую часть времени я «отсутствовала», проживала жизнь не в своем теле, боясь быть самой собой. Я была уверена, что не заслужила хорошего, поэтому все время отчаянно пыталась исправить плохое. Как я дошла до такого? Об этом моя история.

«Мои другие родители»

Это может показаться странным, но я прекрасно помню время, проведенное в больнице Мерседа1, когда мне было пять лет, — оно было волшебным. Я лежала на кровати в нежно-розовой ночной рубашке и ждала посетителей: врачей, медсестер и родителей. Мне все очень нравилось. В больнице я лежала уже две недели и решительно хотела стать лучшей пациенткой, которая у них когда-либо была. Здесь, в моей чистой светлой палате, все находилось под полным контролем — настоящие взрослые врачи осуществляли основательное лечение (в то время многие восхищались врачами и медсестрами, а находиться под их присмотром казалось настоящей привилегией). Все имело значение, и мне казалось, что если я буду вести себя должным образом, то это принесет ожидаемый результат. 

1 Город в штате Калифорния. 

Мне диагностировали нефроз — опасную для жизни болезнь, о которой к тому времени почти ничего не было известно, поскольку ее исследовали только у мужчин, если исследовали вообще. По сути, это нарушение процесса мочеотделения. Помню, я дико испугалась, когда мои половые органы опухли, а единственной реакцией мамы была паника. Она посадила меня в машину и отвезла в больницу, где я пролежала три месяца. 

Моя тетя была учителем начальных классов, и все ее ученики сделали мне открытки с пожеланиями скорейшего выздоровления. Родители вручили мне открытки в тот же день — все из цветного картона, с рисунками. Меня очень тронуло внимание детей, которых я вовсе не знала. Потом я оторвала взгляд от ярких открыток и посмотрела на родителей. Именно тогда я поняла, что они не уверены в моей возможности победить болезнь. Я поднялась, взяла маму за руку и сказала: 

— Все будет хорошо, мамочка. 

Она сама была еще ребенком в свои двадцать три года. 

Моя мама, Вирджиния Кинг, забеременела мною, когда была подростком и весила всего сто фунтов1, — тогда она только окончила школу в Розуэлле2. Только представьте — еще совсем ребенок! Роды были болезненные, длились девять часов, и в последнюю минуту перед тем, как я появилась на свет, она потеряла сознание. Не самый лучший опыт первой близости между ребенком и матерью.

1 45 кг
2 Город на юго-западе США, административный центр штата Нью-Мексико. 

Несмотря на то, что я была ребенком, мне не потребовалось много времени, чтобы понять Джинни. Она была другой — совсем не такой, как остальные мамы 

Часть ее так никогда и не начала жить в реальности, и мыслила она всегда нестандартно. Джинни была из бедной семьи, но бедность не повлияла на ее образ жизни. Она хотела, чтобы у нас было все самое лучшее. И никогда бы не позволила, чтобы в нашем доме были товары неизвестных марок, начиная с хлопьев и арахисового масла и заканчивая стиральным порошком. Она была щедрой и гостеприимной хозяйкой. За столом всегда было свободное место для нежданного гостя. Она никогда не была сторонницей правил, вела себя добродушно и беззаботно. 

Несмотря на то, что я была ребенком, мне не потребовалось много времени, чтобы понять Джинни. Она была другой — совсем не такой, как остальные мамы. Я закрываю глаза и все еще вижу, как она везет нас в школу на машине, держа в одной руке сигарету, а другой делая макияж. Она ни разу не поднимала взгляда к зеркалу, но получалось у нее прекрасно. У Джинни было спортивное тело — она работала спасателем в парке штата «Боттомлесс Лейкс» недалеко от Розуэлла. И еще она была поразительно привлекательной: ярко-синие глаза, бледная кожа и темные волосы. А как дотошно она относилась к своей внешности, независимо от обстоятельств! Например, когда мы ездили к моей бабушке, она каждый раз просила папу останавливаться спустя три четверти пути, чтобы накрутить себе бигуди, потому что только так волосы выглядели бы идеально к тому времени, когда мы прибудем в город. Мама посещала курсы парикмахеров и визажистов, но никогда не работала в этой сфере. Она не была экспертом в области моды, но у нее был врожденный талант стильно сочетать одежду. Она всегда тянулась к индустрии красоты, поэтому меня и назвали в честь какого-то шампуня. 

Мои родители были очень гармоничной парой, они знали толк в веселье, и к ним часто приходили другие парочки. Мой отец — Дэнни Гайнес — был на год младше мамы. В его взгляде можно было заметить озорной блеск, который заставил бы вас думать, что он хочет раскрыть вам секрет. У него были красивый рот с идеально белыми зубами и оливкового оттенка кожа. Он выглядел как Тайгер Вудс1 из Латинской Америки, любил азартные игры и обладал замечательным чувством юмора. Одним словом, был нескучным — такие парни обычно рассекают на байках, преуспевая во всех делах. Несмотря на брутальность, Дэнни во всем соревновался со своим братом-близнецом, который был намного сильнее и крупнее, к тому же его взяли в морские пехотинцы, а моего отца не взяли из-за косоглазия, которое унаследовала и я. Мне эта особенность казалось важной — благодаря ей я чувствовала, что мы смотрим на мир одинаково. 

1 Титулованный американский гольфист, «посол гольфа» в Латинской Америке. 

Отец с братом-близнецом были старшими в семье. Его мать была из Пуэрто-Рико, и в раннем детстве меня часто оставляли у нее. Она умерла, когда мне было два года. Его отец был наполовину ирландцем, наполовину валлийцем. Он работал поваром в Военно-воздушных силах и был заядлым алкоголиком. Кажется, после смерти бабушки он переехал к нам. Помню, что мама боялась оставлять меня наедине с ним в ванной комнате. Позже я узнала о сексуальном насилии. Как и я, мой отец вырос в доме, полном секретов. Окончив школу в Розуэлле на год позже Джинни, Дэнни поехал учиться в колледж в Пенсильванию. Мама почувствовала неладное, особенно ее смутило то, что какая-то девушка была его «соседкой по комнате». Поэтому она начала делать то, что потом продолжала делать, когда сомневалась. Она стала встречаться с другими парнями, чтобы Дэнни ревновал.

Джинни познакомилась с Чарли Хармоном, молодым пожарным, чья семья переехала из Техаса в Нью-Йорк. И даже вышла за него замуж. Несмотря на то, что этот союз продлился недолго, он был «результативным»: папа вернулся обратно. Она развелась с Чарли, после чего в феврале 1962 года мои родители поженились. Девять месяцев спустя на свет появилась я. Или мне так казалось.

 Деми Мур, 1982

© ABC Photo Archives