Виктория Исакова

© Афиша сериала «Надежда»

Сериалы

Виктория Исакова о роли киллерши в сериале «Надежда», карантинном детоксе и любви к себе

Премьера криминальной драмы пройдет сегодня в видеосервисе Start, а накануне актриса дала интервью Маше Федоровой в инстаграме Vogue Russia

18 июня в видеосервисе Start выходит криминальная драма «Надежда» с Викторией Исаковой в главной роли. Накануне актриса дала интервью Маше Федоровой в инстаграме Vogue Russia — резюмируем главное из этой беседы и рассказываем, зачем смотреть новый сериал Елены Хазановой.

Девяностые, российская глубинка. Девушка в куртке грибника заходит в бар, покупает шоколадку, потом достает из рюкзака обрез и расстреливает сидящих за столиком мужчин. Спустя 20 лет она живет с мужем-музыкантом и дочкой в Москве, зовется Надеждой, носит платья в цветочек, вкусно готовит и по легенде работает стюардессой на частных рейсах, а на деле отправляет на тот свет банкиров или нащупывает следы пустившихся в бега. Надеется завязать с криминалом, но одна спецоперация заканчивается незапланированным трупом, а домашние начинают что-то подозревать. 

Кадр из сериала «Надежда»

Сериал «Надежда» — история про то, как становятся профессиональными убийцами и как пытаются выйти из игры. А также про искусство ведения двойной жизни, которым более-менее виртуозно владеет каждая из нас, на работе играя одни роли и совсем другие — в семье. 

У моей героини даже не двойная игра, а гораздо больше ролей и перевоплощений. Встает вопрос, какая жизнь более настоящая

«Без этого никак, — говорит Виктория Исакова. — Мне кажется, мы можем всю жизнь разбираться в своих двойственностях и тройственностях. И у моей героини даже не двойная игра, а гораздо больше ролей и перевоплощений. Потому что есть одна реальность, где у нее любящий муж и прекрасная дочь, где она вся такая красивая возвращается домой из полета, а есть другая — где она и жестокая убийца, и развязная проститутка, и очаровательная медсестричка. В этой другой жизни она постоянно меняется. И дальше встает вопрос: а какая жизнь более настоящая?».

Кадр из сериала «Надежда»

Добропорядочная мать семейства с социально неодобряемой профессией и профессиональная убийца, меняющая маски как перчатки (и о неметафорических перчатках, а также платьях, париках и других остромодных предметах не забывающая) — Надежда выглядит близкой родственницей «обычной женщины» Бориса Хлебникова и Вилланель из «Убивая Еву». 

Но создатели сериала говорят, что в первую очередь ориентировались на сериал Marvel «Джессика Джонс» про девушку с суперсилой, попавшую под влияние психопата-гипнотизера, и комикс «Ходячие мертвецы». Отсюда и экономный хронометраж — 25 минут на серию. Выпускать, впрочем, обещают сразу по две. «Тут еще дело в скоростях потребления информации, — отмечает актриса. — Я часто что-то смотрю и начинаю перематывать, потому что уже все поняла. И моя четырехлетняя дочь вот так воспринимает информацию (быстро смахивает пальцем в сторону). Я пытаюсь как-то ее переучить, но это уже другой склад ума. Все очень быстро: это интересно — это нет».

Самой Виктории сейчас интересно работать с режиссером Еленой Хазановой, которая родилась в Москве, выросла в Женеве, в отечественном кино стартовала с «Синдромом Петрушки» по роману Дины Рубиной, а в прошлом году выпустила комедию «Любовницы». «Надежда» — второй совместный проект Хазановой и Исаковой за этот год: до этого была полнометражная драма «Один вдох» про чемпионку по фридайвингу. А на будущее заявлены съемки триллера «Они» про трех успешных героинь, которые становятся жертвами травли со стороны инцелов — представителей субкультуры так называемых агрессивных девственников.  

Кадр из сериала «Надежда»

От вопросов про женщин-режиссеров и фемоптику Исакова подустала: «Жизнь и без наших разговоров меняется так активно и так мощно. И это происходит много лет, просто мы стали говорить об этом только сегодня. Но я даже по ролям чувствую, что это уже много лет происходит. Жизнь настаивает на том, чтобы появилась женщина-героиня. Есть потребность — есть и ответ. И мы меняемся, мы теперь другие совсем. Все, что происходит, мне, конечно, нравится. В том числе и потому, что дает шанс на мощные, полные действия роли». Как Надежда, учительница из фильма Кирилла Серебренникова «Ученик», или Елена Ивановна из короткометражки Анны Меликян «Нежность», собравшей на Vimeo почти полмиллиона просмотров и попавшей, по словам режиссера, в болевую точку поколения: успешным сорокалетним женщинам хочется не только равноправия, но и любви. 

Сюда же относится и любовь к себе. С которой даже у одной из самых красивых отечественных актрис не все складывается гладко. «Много лет назад, мне, наверное, лет тридцать было, я куда-то наряжаюсь, стою перед зеркалом и жалуюсь мужу: «Боже, ну что же я такая толстая! И нос у меня длинный, и это, и то…» — смеется Виктория. — А он мне говорит: «Ты такая дурочка. Почему ты не можешь принять то, что ты прекрасна. Вот прямо сегодня, здесь и сейчас. Когда тебе будет сорок, ты будешь смотреть на фотографии себя тридцатилетней и думать: «Господи, во мне все было идеально. Чем я была недовольна?». А пройдет еще десять лет, ты будешь смотреть на свои фотографии в сорок лет и говорить: «Боже мой, я была потрясающей. Почему я себя съедала, говорила, что у меня здесь плохо и там плохо, я хочу это переделать и тут похудеть и чтобы ухо не торчало». 

Если мне что-то не нравится, думаю: «Ну не могут же все эти люди, которые зовут меня сниматься, идут на мое кино или на мои спектакли, ошибаться»

«Это действительно так, мы, и я в том числе, не можем насладиться моментом здесь и сейчас. Тем, какие у нас глаза, нос и фигура. Мне кажется, наше поколение так воспитано. Я даже задавала вопрос папе и маме: почему никто в детстве никогда мне не говорил, что я красивая? Вот я говорю своему ребенку постоянно: «Какая ты прекрасная! Какая ты любимая! Какая ты нежная». Постоянно говорю ей комплименты. И она в четыре с половиной года знает, что она красивая. А я всегда жила с мыслью: «Ну да, нос длинноват, ну ничего страшного. Актрисой же ты точно не будешь». 

В итоге мы не умеем принять себя. Мы постоянно чем-то недовольны. Но в какой-то момент я стала себе нравиться, поймала эту мысль и загадала: «Только бы это во мне закрепилось!». Наверное, моя востребованность как артистки придала мне уверенности в себе. Я как-то спокойнее стала. Если мне что-то не нравится, я думаю: «Ну не могут же все эти люди, которые зовут меня сниматься, идут на мое кино или на мои спектакли, ошибаться». 

Съемки сериала «Надежда»

© UGOLPHOTO

В программе отменившегося из-за коронавируса «Кинотавра», по словам Исаковой, должно было быть три премьеры с ее участием: мелодрама Анны Меликян «Трое», экранизация книги Карины Добротворской «Кто-нибудь видел мою девчонку?», снятая Ангелиной Никоновой, и кинодебют молодого театрального режиссера Семена Серзина «Человек из Подольска» по пьесе Дмитрия Данилова. Платья были заготовлены? «Нет. Вообще я скучаю по премьерам как праздникам. Ты же снимаешься, потом проходит полгода или больше, ты забываешь про картину и вдруг с ней встречаешься. Впрочем, по театру я скучаю даже больше. Просто безумно. По этому состоянию, когда ты на сцене один на один со зрителем и отступать некуда. Когда понимаешь, что можешь бросить мячик энергетический, и он попадет в зал и вернется к тебе с удвоенной силой. Это, конечно, мощная штука». 

Режим нерабочих дней в Москве начался за неделю до того, как в Театре имени Пушкина должна была пройти премьера спектакля Евгения Писарева «Ложные признания» по пьесе Мариво. У Виктории там главная роль — богатой вдовы, на которую у всех большие планы. Премьеру перенесли на сентябрь. 

Как прошла самоизоляция? «Гардероб разобрала, — смеется актриса. – И нашла бархатный костюм Donna Karan: юбка, топ и жакет, который купила в Америке 15 лет назад. А еще костюм и пальто Armani из той же поездки. Все в идеальном состоянии, супервинтаж. Что еще? Готовила круглые сутки. Мне доставляло это невероятное удовольствие. А потом я поняла: если не остановлюсь, то выкачусь из карантина колобком. И нашла в сети девочку, которая пишет про детоксы, правильное питание, стала с ней общаться и дико на это подсела. И семейство подсадила. Скинула пять килограмм, отлично себя чувствую и надеюсь в послекарантинную жизнь забрать эти полезные привычки. 

Я никогда не задумывалась, что ем: хочется сладкого — хватаю кусок торта. А тут я поняла, что от чего-то можно отказаться, чему-то найти замену, которая будет полезна организму. И еще я стала думать о том, чем я занимаюсь и так ли важно столько сниматься и не видеть ребенка? А почему я так много снимаюсь? Может, неправильно делаю выбор или боюсь не угнаться за чем-то. И поняла, что страх должен быть только один — что я не угонюсь за скоростью взросления своего ребенка. И что простая загородная жизнь, с которой я до этого почти не встречалась, это тоже очень здорово. Хотя она, конечно, расслабляет. И теперь потихоньку вытаскиваю себя за волосы, чтобы начать выезжать в город, двигаться и работать». Времени на раскачку, как теперь модно говорить, нет. Съемки полнометражной «Нежности», где Виктория не только играет главную роль, но и к сценарию приложила руку, уже набирают обороты. 

Читайте также