Театр

Знакомьтесь: дирижеры Алевтина Иоффе и Арина Зверева, номинированные на «Золотую маску» в 2021 году

В дирижерской номинации в этому году из четырех имен половина — женские. Одной мужской профессией стало меньше?
Arina Zvereva wearing woollen jacket trousers cotton shirt leather boots and Alevtin Joffe wearing woollen jacket...
Vogue Россия, февраль 2021. Фото: Данил Головкин. Стиль: Юлия Варавкина. Прически и макияж: Фариза Родригес, Валерия Витько/Li-Ne. Ассистенты фотографа: Андрей Харыбин, Дмитрий Назаров/Bold. Ассистент стилиста: Роман Калинин. Продюсер: Данил Белобрага. Ассистенты продюсера: Анастасия Певунова, Александра Будашова. На Арине Зверевой: шерстяные жакет и брюки, все Jil Sander by Lucie and Luke Meier; хлопковая рубашка, Prada; ботинки из лакированной кожи, Saint Laurent by Anthony Vaccarello. На Алевтине Иоффе: шерстяные жакет и брюки, все Bottega Veneta; хлопковая рубашка, Jil Sander by Lucie and Luke Meier; кожаные лоферы, Tod’s.

Главный дирижер Театра имени Сац Алевтина Иоффе 18 и 19 марта представляет на «Маске» оперу Филипа Гласса «Жестокие дети». Руководитель вокального ансамбля «Электротеатра Станиславский» Арина Зверева — оперу московского композитора Александра Белоусова «Книга Серафима» (2 и 3 апреля). Обе выступают на территории современной музыки. И обе изрядно обескуражены произошедшим.

«Не поверишь, я последние пять лет пытаюсь выстроить все так, чтобы ни в коем случае не махать руками, — говорит Арина. — Мне всегда хотелось, чтобы не было видно, как музыкальный процесс в спектакле регулируется. Я целую систему разработала: как идет подготовка, как я через мониторы всем рулю. Так что у меня по поводу этой номинации синдром самозванца».

Алевтина тоже удивляется: «Я во время спек­такля сижу в темном уголке и пальчиком тихонько показываю вступления четырем солистам — чтобы они не заплутали в глассовской бесконечности. Другое дело, в прошлом сезоне мы поставили «Свадебку» Стравинского и «Шута» Прокофьева. Я там работаю в яме с полным оркестром, и с хором, и с солистами, и с балетом

Так или иначе, «Маска», которой надо каким-то образом каждый год укладывать в старые номинации стремительно меняющуюся театральную реальность, предлагает нам двух новых героинь и актуальные тренды, которые те демонстрируют.

Алевтина Иоффе начинала как пианистка. Но уже в 16 лет стала приглядываться к симфоническому оркестру на занятиях с Владимиром Понькиным, хотя тот и учил ее, что, во-первых, «женщина — не дирижер», во-вторых, «дирижер рождается в 75 лет». «Однако меня все это завораживало. Окончила институт, вышла замуж, родила ребенка. Отсидела год в декрете... Пришла к Понькину и говорю: «Владимир Александрович, как хотите, но я буду к вам поступать в консерваторию на симфоническое дирижирование». Я одна девчонка в его классе была».

Времена гендерного равенства в нашей стране до этой профессии пока не докатились. «Женщина-­дирижер — это страшно у нас! Не дают ходу вообще», — жалуется Алевтина, которая мечтает, помимо работы в театре, еще и о симфоническом оркестре. Но тут же добавляет, что после прошлогоднего дебюта в Баварской опере ее зарубежные планы уже расписаны до 2023 года.

В Германии женщины-дирижеры сейчас очень ценятся? «Во! — поднимает она большой палец. — Просто рай там для нас. Что в Америке, что в Германии. У них, по-моему, уже на законодательном уровне принято, что должен быть определенный процент женщин за пультом. Украинка Оксана Лынив этим летом дебютирует в Байройте. Я просто счастлива, что ее туда пустили. Она, конечно, молодчина. Такая железяка!»

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Номинированные на «Маску» «Жестокие дети» — вообще-то совсем не детская опера, написанная по мотивам романа Жана Кокто Les Enfants Terribles. Спрашиваю, зачем ее ставить в детском театре. «А где же еще? Она оголяет проблемы подросткового возраста. Подростки так погружаются в свою игру, что уже не понимают, как должна строиться реальная жизнь. И все заканчивается трагично. В нашем мире такой «игрой» могут быть и наркотики, и зависимость от гаджетов. А при нынешнем онлайн-образовании многие ребята просто играют за компьютером и не понимают, что это выброшенный из их жизни год, что он им аукнется в будущем. Поэтому сейчас наша опера особенно актуальна».

Арину Звереву правильнее называть не дирижером, а хормейстером и педагогом по вокалу, в том числе неакадемическому. Все передовое, лихое и экспериментальное — ее сфера. Фестиваль «Территория», курентзисовская Пермь, Кирилл Серебренников с «Платформой» и «Гоголь-центром» и, конечно, юханановский «Электро­театр» с целым ворохом современных композиторов — вот пространства, где она свой человек. В 2013 году она основала вокальный ансамбль современной музыки N’Caged (в название вмонтировано имя авангардиста Джона Кейджа), для которого, кажется, не существует непреодолимых исполнительских трудностей. Но самое удивительное, что похожего эффекта она добивается и от хора «Электро­театра», собранного из актеров, а не певцов.

Любого человека можно научить петь? «Сейчас я уже без сомнений могу сказать, что да. Это вопрос времени и желания». Главным доказательством этого тезиса была опера «Проза» Владимира Раннева, буквально заваленная премиями. В «Книге Серафима» тоже участвуют непрофессиональные певцы рядом с профессиональными.

«Я очень рада, что мы больше не ограничиваемся понятием «профессионал» в смысле «человек, у которого есть ряд определенных умений». Любой артист может запеть. Ребята из моего ­ансамбля могут пробовать себя в актерстве. А я, работая со сложной звуковой панорамой, теперь знаю, для чего нужны разные провода. Любой человек может сделать любую вещь!»

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Напоминаем, что вы можете скачать новый номер и всегда иметь его под рукой — для IOS и для Android.